Я мысленно кивал. Вдох, выдох. Зеленый лист, красный лист. Звезда на закате. Шорох. Чувство легкого онемения на большом пальце ноги.

Список был странный, но проще было слушаться. Сам же попросил, навязался. Теперь приходилось терпеть.

— Среди заключенных на планете тоже ищем, но с ними проще, хорошей связи им там не найти, они могли только давать сигналы на орбиту. Так что прежде всего хочу убедиться, что их последователей, или наемников, не осталось на самой станции. Как-то так.

Хакер замолчал. Явно проверял у себя в голове некий список, не забыл ли чего.

— В-общем, дальше — контакт в любой момент. Все передают тебе приветы и пожелания. По результатам мы туда сбросим тяжелую платформу, когда ее сделаем. Либо зачистим там все под ноль, если у тебя не выйдет. Либо просто зачистим за тобой следы, будем ждать их там и брать за жабры. Ну… и будем ждать тебя.

Хакер кивнул. Потом еще раз кивнул. Потом отключился.

Дальше я сам.

Я дышал.

* * *

Даже когда автономы нашли базу, я дышал. Слушал записанные наставления Хакера, «ищи правильные материалы. Ищи то, что связано. Сеть — это прежде всего связь, и лишь потом — структурированный сигнал».

Я искал.

Меня заметили значительно раньше, чем я их, но они отсиживались до последнего, видимо, в какой-то глупой надежде, что я просто пролетал мимо. В условиях системы даже одной звезды, мимо — это где-то совсем далеко. На этих расстояниях — совпадений быть не может.

Но они начали стрелять только тогда, когда мое приближение стало очевидно.

Тщетно.

Один из автономов уже пробрался на их корабль. Тут их защита от цифрового вторжения была значительно слабее, и по большей части, сосредотачивалась на внешних каналах связи.

Он пошел напрямик. Прямым лучом на корпус, вибрацией молекулярной решетки, и все — один из троих был уже внутри. Штурман, штурмовик и диверсант. Так они распределили свои роли, три моих цифровых гнома.

Их оружие замолчало через минуту после инфильтрации Диверсанта.

Все, что работало через сеть, больше не работало на этой базе, а Диверсант уже начал перекачивать информацию.

Двадцать семь дееспособных. Четверо шагающих, из которых лишь один бодрствовал. Значит, трое — очередные пленники. Но с этим, с четвертым, мне повезло.

Нельзя было дать ему уйти. Только не без меня.

Я дышал. Автономы сбрасывали мне информацию, и я не всегда понимал, какие из этих данных идут через обычные для меня каналы, а какие — я впитываю раньше, чем они поступили. Автономы тоже подстраивались под своего временного совладельца, так что теперь — мы единое целое. До конца.