— Пока что ничего, сядьте где-нибудь в сторонке, общаться будем мы, вам придется подождать, — приказал Ит. — С замечаниями не встревать, если будет нужно, подойдете. Лин, я тебя прошу, не ерничай и не подначивай.

— С ума сошел? — возмутился Лин. — И не собирался даже. Как тебе такое в голову пришло?

— Ладно, извини. Ну что, поднимаем потихоньку? — спросил Ит. Скрипач кивнул. — Рыжий, прицепи на полку концентратор, неудобно так. И маску чуть ближе подвинь.

Разбудить Рэда решили на пятые сутки, когда показатели улучшились настолько, что это, по общему мнению, стало безопасно. Ну как, безопасно. Если соблюдать осторожность, не форсировать, и контролировать, конечно. Сейчас Скрипач частично убирал из схемы седативные, а до этого Рэда привели, по словам Лина, в божеский вид: умыли, сменили белье (хорошо, что одноразовых комплектов белья, производства тех же зивов, было в избытке), собрали волосы в хвост, чтобы не мешали. Выглядел он гораздо лучше, чем после приступа, но до нормы, конечно, было еще далеко — бледный, под глазами круги.

— Может, одеть его? — спросил Лин, когда Рэду под спину пристроили третью подушку, и снова укрыли. — Как-то не очень корректно, вам не кажется?

— Не надо, — покачал головой Скрипач. — Он на поддержке, одежда, если что, будет мешать. Да и не до одежды ему сейчас, поверь. Где не надо, и так всё закрыто, чего ещё-то?

* * *

— Рэд, проснитесь, — позвал Ит негромко. — Вы меня слышите?

Рэд слабо кивнул, и с третьей попытки открыл, наконец, глаза. Несколько секунд смотрел в пространство, потом перевел взгляд на Ита.

— «Ты», — тихо произнес он. — Тот, кто видел меня в таком состоянии… может называть меня на «ты»…

— Хорошо, — кивнул Ит. — Пусть будет «ты». У тебя болит сейчас что-нибудь?

Рэд задумался, прислушиваясь к ощущениям.

— Вроде нет, — без особой уверенности ответил он. — Слабость только… руку не могу поднять…

— Это, к сожалению, закономерно, — Ит пожал плечами. — Вы больны.

— «Ты», — снова поправил Рэд.

— Извини. Рэд, вы… ты не мог бы ответить нам на несколько вопросов? — осторожно начал Ит.

— Попробую, — Ит заметил, что взгляд у Рэда стал ясным, цепким, и про себя порадовался — верный признак того, что действительно стало лучше. Говорит, правда, еле слышно, и дышит пока что трудновато, но это мы постепенно подлечим.

— Как ты получил эти травмы? Я имею в виду пять переломов. Рука, нога, и три ребра. Когда это было?

— За полторы декады до выхода по вашему фрахту.

— Как это произошло? Только не надо говорить про несчастный случай или аварию, — голос Ита обрел твердость. — Потому что мы с братом — военные врачи конклава Санкт-Рена, и врать нам сейчас бесполезно.