Ответ не заставил себя ждать. Сначала это был далёкий, едва уловимый шорох. Потом — нарастающий гул приближения живых существ. И шёл он со стороны того самого зала с переборкой.

— На выход! — уже без всякой скрытности взревел Пискарёв, кидаясь вперёд.

Мы ринулись за ним. При это я ещё старался держать в поле зрения Авелину и Сашу. Двое ребят Пискарёва упёрлись в створки двойной двери в дальнем конце кухни. Однако те никак не поддавались их усилиям.

Два Сашиных ратника подскочили на помощь, уперлись бронированными плечами, надавили… И створки наконец-то начали с треском расходиться. Оказалось, с другой стороны их блокировала доска, просунутая в ручки. От усилий ратников она отчаянно трещала, но, на удивление, держалась.

Подскочивший к двери Пискарёв направил на неё автомат и дал очередь, прошивая пулями сухую древесину. Жалобно скрипнув напоследок, доска сломалась, и путь был свободен.

Отряд хлынул в узкий тёмный проём. Я пропустил вперёд Авелину, Булатова и Сашу. Сам скользнул следом, радуясь, что Тёма с нами не пошёл. В этой суете было бы действительно страшно его потерять. Последними уходили ратники в тяжёлых доспехах. Они уже начали стрелять по кому-то в столовой. Но я, остановившись в отдалении, врага так и не увидел.

Последний из ратников, зашедший в коридор, не медля ни секунды, захлопнул створки изнутри. И, подняв с пола обломок всё той же доски, вставил его обратно в ручки, чтобы закрыть проход.

Мы не стали ждать, когда изменённые начнут ломиться в дверь, а двинулись дальше.

Перед нами тянулся длинный и прямой, как стрела, «казённый» коридор. Стены были покрашены в зелёный скучный цвет, а вдоль них и под потолком шли пучки кабелей и труб.

По обе стороны виднелись одинаковые металлические двери с номерками. Вероятно, бывшие кабинеты или кладовые техперсонала. Мы двигались вперёд быстрым шагом. К сожалению, идти тихо при такой скорости не особо выходило.

Коридор закончился скучным прямоугольным помещением. Что тут было раньше, сейчас не вышло бы разобрать. Вполне возможно, просто пустой зал.

Вот только на этот раз он не пустовал.

Прямо по центру, за баррикадой из перевёрнутых столов и шкафов, сидели трое людей. Нормальных, не изменённых. Они были в потрёпанной гражданской одежде, с автоматами в дрожащих руках.

Видеть они нас не могли: приборов ночного видения не было. А мы так и не вступили в круг света, отбрасываемый светильником, который они поставили посреди своего укрепления. А вот наши шаги они услышали загодя.

И так перепугались, что тут же начали стрелять на звук. Один выдал длинную очередь, которая всё же преодолела артефактную защиту Авелины. Судя по характерным вспышкам, пули были с сердечником из хладного железа.