— Алексей, — сказал я, кивнув. — Ну что, Василий, открывай двери самолета, будем грузить товар.

Он молча кивнул, подошел к хвосту самолета и откинул небольшой грузовой люк. Внутри — тесно, но наши сорок ящиков должны были влезть.

— Пацаны, все туда! — скомандовал я, и наша бригада снова взялась за работу, теперь уже перегружая ящики из грузовика в самолет.

Пока шла погрузка, я подошел к Василию, который наблюдал за процессом, невозмутимо раскуривая самокрутку.

— Отец, насчет оплаты… Тони сказал, что ты должен нам ее отдать. Все в силе? — спросил я у старика.

Василий вынул изо рта цигарку, сплюнул.

— Естественно, в силе. Волковы всегда платят по счетам… Жди тут.

Он развернулся и зашел в темный проем ангара. Вернулся через пару минут, неся в каждой руке по небольшому, но массивному на вид металлическому кейсу. Он поставил их на землю у моих ног.

— Проверяй, все там, — сказал он коротко.

Я присел на корточки, отщелкнул замки на первом кейсе и приподнял крышку. То, что я увидел, заставило меня на секунду застыть. Даже в тусклом свете уральского утра золото слепило глаза. Слитки лежали ровными рядами, каждый весил те самые сто граммов. По крайней мере, так на них было выбито. Поверхность была слегка неровной, будто отлитой в кустарных условиях, но сама проба была высочайшей — у металла был глубокий, почти красноватый блеск. И на каждом слитке было четкое клеймо: стилизованный волчий оскал. Герб дома Волковых, как я догадался. Артемий был прав на все сто. Это было родовое, фамильное золото. Опасное и легко отслеживаемое. Но, сука, невероятно красивое. Я захлопнул кейс и поднялся.

— Василий, ящики будешь проверять? — спросил я, кивнув в сторону почти уже загруженного самолета.

Старик усмехнулся, обнажив редкие желтые зубы.

— Не-а, незачем. Барин вам доверяет, сказал, нет смысла смотреть. Надеюсь, вы не подорвете его доверие. Он не любит, когда его обманывают.

— И не думал так делать, — честно ответил я. — Это не мой стиль — так вести бизнес.

— Ну тогда все хорошо! — поставил точку Василий в нашем диалоге.

Мы стояли и наблюдали, как последние ящики исчезают в самолете. Когда работа была закончена, Василий потушил о ботинок самокрутку.

— Ну все, я полетел. Приятно было познакомиться, Алексей, — сказал он.

— И мне, Василий, — ответил я. — А куда хоть летите? — спросил я из любопытства.

Он снова усмехнулся, на этот раз с какой-то хитринкой.

— Не настолько сильно мы вам доверяем, парень, — он подмигнул мне и, повернувшись, направился к кабине самолета.

Мы отъехали на безопасное расстояние и стали наблюдать. Летчик забрался в кабину, и через минуту пропеллер дрогнул, закрутился, превратившись в прозрачный круг. Двигатель заревел, самолет затрясся. Он медленно выкатился из ангара и направился к началу полосы.