— Есть, глушить верещалку, товарищ Контролёр!

Ещё мгновение — и вой сирены оборвался. Фонари перестали слепить, а ворота скрипнули, открываясь нараспашку. И тут уже никто не сдерживался — навстречу нам высыпали люди и рванули к нам: я без труда узнал профессора Трефилова, рыжебородого Тома и товарища летнаба…

Однако, налетевшего, как бешенный ураган, моего одноглазого братишку Лихорука, никто из моего окружения рассмотреть так и не сумел. И этот ураган буквально сшиб меня с ног, унеся в ближайшие кусты.

— П-п-ратиш-шка Ш-шума ф-фернулс-ся! — вопил на всех «диапазонах» злобный дух, пребывая вне себя от счастья.

Да и я тоже испытывал незабываемые чувства, которыми ментально тут же поделился с Лихоруком. Черт, да я тоже был рад встрече, хоть мы не виделись всего-ничего, даже месяца не прошло.

— Позже поговорим, братишка, — сообщился я, — а то мы с тобой сейчас всех здесь переполошим.

— Лих-хорурк рад, п-ратиш-шка Ш-шума! Ош-шень и ош-шень рад! — произнёс он, исчезая.

— Я тоже! — Послал я ему сигнал по нашей энергетической связи. — Ошень-ошень рад…

Я поднялся с земли под настороженные взгляды чекистов. Они явно не поняли, что со мной только что произошло — что за невидимая сила сбила меня с ног и протащила по воздуху добрый десяток метров. Я поднялся на ноги, отряхнулся и произнёс:

— Не переживайте, товарищи! Всё в порядке — это издержки энергетической сферы деятельности… — Бездарно сливать существование Лихорука я так и не собирался — он был моим тайным оружием.

Хотя Черномор как-то странно повел носом, словно ищейка, а затем пристально на меня посмотрел. Ему я сказать могу, потому что знаю на сто процентов — он меня не подведёт и не предаст, даже под пытками не выдаст. А отец Евлампий, когда Лихорук пролетел рядом, инстинктивно вновь принялся искать свой крест, словно ощутил присутствие моего одноглазого приятеля.

— Ну, черти, живёхоньки! — Фролов, наконец-то добравшийся до меня, облапил так, что кости затрещали. — А мы уж и что подумать не знали, после того, как пришла информация о подбитом самолёте… Выжили, черти полосатые! Выжили!

После того, как перед самым уходом на задание, я подлатал товарища капитана госбезопасности, он основательно прибавил и в весе, и в ширине плеч, да и силушки оказался не мерянной. Теперь он не сутулился и хромал, а двигался довольно стремительно. Сразу было видно, что он наслаждается каждым прожитым мгновением.

— Ваня, ты как, цел? — Наконец оставив меня, Лазарь Селивёрстович принялся за Чумакова.

— Цел, товарищ Контролёр! — отрапортовал дедуля, и они тоже крепко обнялись.