— Ну, проехали, так проехали, — легко согласила подобревшая «тёщенька». — Ты ведь своего злыдня товарищем называл?

— Ну, называл, — скрывать мне было нечего, да и слышали об этом все. — И чего в этом такого?

— Ну, среди нас, простаков, — она ехидно усмехнулась, типа: «еще кто из нас больший простак?», — обычные слова, может, большой силы не имеют. Но в мире магии и колдовства за своим длинным языком нужно следить весьма внимательно… Ведь в этом мире слово не воробей, выско…

— Да рожайте уже, Глафира Митрофановна! — Не дал я «тёщеньке» насладиться собственным «триумфом» и потыкать меня носом в собственную дремучесть: кто это наделал? Кто, я спрашиваю? — Сколько можно вокруг да около ходить?

Вот ей-ей, анекдоты про тёщу не на пустом месте придуманы. Хоть мы с Акулиной и не женаты, а мамашка евойная все чаще и чаще «режим тещи» врубать начинает. Природой это так заложено, что ли? Ладно, это не беда — так, недоразумение. Не о том сейчас речь идёт.

— Ты если бы в веду хоть одним глазком, как у злыдня твово, заглянул, — Глафира вновь не упустила случая меня поддеть, но я-то на провокации не поддаюсь, — то знал бы, что способов общения ведьмака с «нечистыми помощниками», а злыдень для тебя сейчас именно в этом статусе находится, существует, всего-то навсего, два: либо ты хозяин, либо товарищ! Да-да, именно товарищ, так это в веде и поименовано! Ведьмак всегда находится со своим помощником в особых отношениях, практически всегда связанных разными клятвами. Если он хозяин, да еще и на клятве абсолютной верности — все его приказы выполняются беспрекословно… Да что я тебе объясняю? Ты и сам это знаешь.

И тут я словно бы наяву услышал шепелявое злыдневское «х-хос-сяин». И затем припомнил, как искренне обрадовался Лихорук, когда я ему предложил себя товарищем называть.

— А вот если отношения равноправные, — продолжила «добивать» меня «тёщенька», — тогда колдун называет помощника «товарищем» и никакие магические клятвы больше не действуют, если, конечно, сама нечисть пожелает оставить их в неизменности. Но это, вообще, что-то из области фантастики! Абсолютно нереальная ситуация!

А вот «ха»! Даже два раза: «ха-ха»! То, что я полнейший лошара, это я уже понял. Но, если всё сказанное Глафирой Митрофановной правда, выходило, что Лихорук отдал мне практически все свои силы по собственному желанию. Хотя вполне мог этого не делать и с «чистой совестью» разорвать нашу магическую клятву. Ему бы тогда не грозила смерть, если бы вражеский упырь меня уработал.

Но он этого не сделал! Понимаете? Он остался со мной до самого конца! И наша двухсторонняя клятва продолжала действовать до сих пор. Я чувствовал это, как чувствовал и то, что злыдень жив. Вот только что с ним, и где именно он находился сейчас, я определить не мог. На зов он не откликался, но я чувствовал, что ему необходима моя помощь.