Но полностью оценить уровень комфорта лесного владыки мне не удалось — тот сразу потащил меня пленнику, единственному оставшемуся в живых. Фриц, упакованный в черную униформу танкиста, обнаружился в «растительной» клетке в совершенно неприглядном виде. Мало того, что он обделался в самом прямом смысле слова, так еще и «по фазе» основательно двинулся.

Я задал ему несколько вопросов на немецком, типа «имя, фамилия, звание», но ответа на них не получил. Как и сказал мне ранее Большак, пленник только невразумительно мычал и пачкал штаны.

— Бесполезно, — потратив некоторое время на допрос фашиста, покачал я головой, — слишком уж ты его напугал, дедко Большак. Ну, или подручные твои. Ничего мы от него сейчас не добьемся…

— А мош-шно мне попропоф-фать, п-пратиш-шка? — неожиданно поинтересовался злыдень, который не пожелал меня оставить наедине с лешим.

— Да что ты можешь, балаболка? — возмутился лесной хозяин.

— Подожди, дедко Большак, — попросил я лешего не суетиться, — дай пацану шанс. И поверь мне, Лихорук сможет тебя удивить.

— А, делайте что хотите! — Лесной владыка совсем пал духом — терять свой лес, как и помирать, ему совершенно не хотелось.

Это было видно даже невооруженным глазом. Да и кто из нас этого хочет? Только полные идиоты, да окончательно отчаявшиеся люди. Леший к их числу не относился. Жить, как говорится, хорошо! А хорошо жить — еще лучше! Да, вы и сами всё знаете. В общем, леший взмахнул рукой, и зеленая клетка открылась, пропустив к пленнику моего одноглазого братишку. Лихорук подскочил к немцу и положил свою огромную ладонь ему на голову. Фриц мгновенно престал дёргаться и затих, глядя куда-то в пространство затуманенным взглядом.

— С-спраш-шиф-файте… — прошипел злыдень, — долх-хо он так не протянет!

— Name… — Вновь завел я свою немецкую шарманку, и на этот раз она заиграла.

Пленник, обер-ефрейтор Пауль Безлер, действительно оказался танкистом, а конкретно — механиком водителем 4-го танкового полка 13-ой танковой дивизии 3-го такового корпуса 1-ой танковой армии. На вопрос: «за каким хреном они оказались здесь?» ничего путного танкист пояснить не смог.

НУ, разве что, кроме каких-то услышанных слухов и домыслов, что это, дескать, личное распоряжение самого рейхсфюрера Генриха Гиммлера. На вопрос о поставленной руководством задаче, мехвод назвал блокировку лесного массива и, возможно, его полное уничтожение. Одним словом, сжечь, а пепел развеять…

После этих слов ничто уже не могло спасти фрица от гнева лесного хозяина. От ушлепка даже мокрого места не осталось, настолько рассвирепел наш старичок-боровичок. В таком состоянии ему под горячую руку лучше не попадаться. Хорошо еще, что немец успел выложить всё, что знал. Так-то и знал он немного. Для уточнения ситуации нужно было ловить птичку покрупнее.