— Ну ш-што, х-хос-сяин? Так ш-шойдет? — полюбопытствовал злыдень, довольно щерясь.

— Ты еще спрашиваешь? — обрадованно выпалил я. — Как тебе это удалось?

— Наш-ша с-сф-фяс-с-с, — пояснил Лихорук. — Х-хос-сяин вс-сех-хда мош-шет с-смотреть х-хлас-сами с-сф-фоех-хо с-слух-хи. Хоф-форить ех-хо ртом, с-слушать ех-хо уш-шами, — принялся перечислять открывающиеся возможности злыдень.

— Хм, очень удобная опция, — понятливо мотнул я головой. — А почему ты мне об этом сказал, старичок? Ведь мог бы и промолчать. Я бы и не попросил. Мне вообще о такой функции было неизвестно.

— Мы сф-фяс-саны, х-хос-сяин, — шепеляво, но терпеливо, пояснил уродец. — Нерас-срывной с-сф-фясью с-сф-фяс-саны на ш-што лет. Ес-сли погибнет х-хос-сяин, с-сх-хинет и ех-хо с-слух-ха…

Ох ты, какой крутой клятвой я его повязать умудрился, сам того не зная! Теперь он меня беречь будет пуще своего единственного глаза. Как говорится: нахрена козе баян в таком случае? Видимо действительно настрадался и наголодался бедолага, сидя на волховской «удаф-фке». Лучше бы действительно замочили злыдня наглухо, чтобы не мучился. Живая ведь все-таки тварь, хоть и мерзопакостная и не человек.

«А вот как наоборот, — неожиданно подумал я, — если он ненароком сдохнет? Не придется ли мне тоже ласты склеить?»

Вот об этом-то я напрямую и спросил горбатого уродца.

— Нет, х-хос-сяин, не с-сдох-хнеш-ш-ш, — честно ответил Лихорук, а под магической клятвой он по-другому ответить и не мог. — Однос-стороняя она. Но бес-с-с неё я бы уш-ше с-скоро…

— Понял, — не стал я дослушивать злыдня. Нужно было что-то срочно решать с приближающимися к дому карателями. Сейчас высовываться я бы не рискнул, хоть и очень хотелось еще немного уменьшить чертово поголовье захватчиков. Ну, ничего, будет у меня еще достаточно возможностей посчитаться с ними.

А вот не запустить ли мне в их стан моего злобного горбуна? Кстати, я придумал, как буду его звать — Горбатый! Как погоняло у воровского авторитета из фильма «Место встречи изменить нельзя», неподражаемо сыгранного Джигарханяном.

А я все думал, на кого Лихорук смахивает? Да он просто гротескный шарж Кукрыниксов на злобного Джигарханяна в роли Горбатого! Просто один в один! Только раскормиться немного. Я бы еще злыдня и Карпухой кликал, но так звали и товарища политрука. Как бы потом не перепутать в запаре, а то еще неправильно поймет.

— Горбатый! — поддав в голос хрипотцы Высоцкого, произнес я. — Я сказал, Горбатый!

— Это ты мне, х-хос-сяин? — безо всякой обиды откликнулся Лихорук.

— Не против, если я тебя Горбатым звать буду? — спросил я на всякий случай. Мало ли чего…