— Не-е-е, отпадает этот способ, — обреченно вздохнул я, — видел я в веде тот рецепт. Там одних ингредиентов до хрена, да и сам процесс приготовления весьма и весьма непрост. Чуть не полгода его варить при особых условиях, а потом еще пару десятилетий настаивать…

— Вот же нашел проблему? — пожала плечами Глафира Митрофановна. — Да прародитель наш этого рецепта в своё время столько приготовил, что до сих пор часть полок в лаборатории от него ломятся.

— Вы сейчас серьёзно, Глафира Митрофановна? — Пристально посмотрел я в хитрющие глаза «тещеньки», которая опять меня явно поддразнивала. Или это у меня после «ночи любви», которую никто из нас не помнил, такой вот бзик развился. — И за столько лет не выдохлась эта мазь, а до сих пор работает?

— Не знаю, как сейчас, но мать моя несколько раз пользовалась, — усмехнулась Глафира Митрофановна. — Все работало. Можешь прямо сейчас и опробовать…

А тож! Расспросив «тёщеньку» где найти всё это богатство, оставленное кроме всего прочего могучим ведьмаком Афанасием Никитиным свои хилым потомкам, я, сломя голову кинулся в подвал. Уж очень мне захотелось опробовать вполне безопасный (по заверениям Глафиры Митрофановны) способ оборотничества.

Спустившись в «тайную комнату» мне без труда удалось обнаружить искомые складские полки — «подземное хозяйство» Глафира Митрофановна содержала в образцовом порядке. Все-то у неё подписано и пронумеровано. Весьма похвально. Хотя, настоящий хирург обязан быть педантом. Иначе пациенту точно придет каюк.

Я с изумлением оглядел ряды аккуратных глиняных горшочков, стоявших бок о бок и друг на друге. Запасов крема, действительно хватало. Даже с лихвой. Куда его, интересно, Афанасий столько заготовил? Он что, чуть не ежедневно какой-то тварью лесной оборачивался?

Взяв с полки один горшочек, я отошел в сторонку к большому прозекторскому столу, поблескивающему надраенным до блеска металлом. Сбросил с себя гимнастерку, стянул сапоги, а после избавился и от исподнего. Не одежду же мне этим кремом натирать?

Затем развязав тесемку на горлышке и сковырнув «крышечку» из слегка заскорузлой и немного потрескавшейся кожи, заглянул внутрь. На первый взгляд, крем оказался похож на жирный и черный сапожный крем. Я таким раньше берцы начищал до зеркального блеска. Понюхал. Пахло так себе, какой-то псиной, прогорклым жиром, плесенью и мышиными пометом. Но мы люди привычные, нас вонью не напугать.

Я зачерпнул полную горсть этой черной дряни и равномерно размазал по всему телу. Ничего так, словно в грязелечебнице на процедурах. Да и мазь так приятно охлаждает тело, словно с ментоловой добавкой…