— Нет, мы, наоборот, переживали, что ты опоздаешь, — сказал я.

— Не, в нашей вселенной мне нравится больше, — сказала она. — Как говорится, в гостях хорошо, а дома и… (вырезано цензурой) крепче.

Катерина покраснела.

— Надеюсь, вы не теряли времени даром и провели эти дни так же весело, как и я, — сказала Шикла, приобретая свой обычный сексапильный облик. Тот факт, что она до сих пор оставалось в одеянии монахини, делал его еще более пикантным. — Хотя, судя по постным выражениям ваших рож, вижу, что теряли даром. Что ж ты так, разрушитель миров?

— Эмм… — сказал я. — Мы можем поговорить о чем-нибудь другом?

— Вы, люди, довольно странные создания, — сказала Шикла. — Почему вы не любите говорить о том, о чем все равно думаете большую часть времени?

— О Римской империи, что ли? — уточнил я.

— Цезарь был тот еще ходок, — доверительным тоном сообщила Шикла. — Есть даже версия, что его не по политическим причинам прирезали. Просто собрались все мужья, которым он рога наставил, ну и дальше вы знаете.

— И у кого это есть такая версия?

— У меня, — сказала Шикла.

— А по-моему, ты придумываешь на ходу.

— Да не сойти мне с этого места, если я вру, — сказала Шикла и пересела в другой угол. — Ты ж понимаешь, что двадцать три удара кинжалами для политических мотивов как-то чересчур многовато, нет? Политики, как правило, прагматичны, и могли бы ограничиться двумя или тремя. А вот обманутые мужья вполне могли таким образом выплеснуть свою ярость.

— Что-то в этом есть, — согласился я.

В подобных перепалках мы проделали оставшуюся часть пути, а потом дилижанс остановился и кучер, сидевший сверху, постучал рукояткой хлыста по крыше.

— Вы просили сказать, когда будет перекресток.

— Спасибо, добрый человек, — сказала Шикла, выходя из дилижанса и обворожительно ему улыбаясь. — Не хочешь устроить небольшой привал? Других пассажиров-то у тебя все равно нет.

— Пусть пассажиров и нет, а график все равно соблюдать надо, — таким был суровый ответ кучера. — Нет времени у меня в ваших пикниках участвовать.

— Жаль, — сказал Шикла. — Так-то ты мужчина видный…

— Прекрати уже, — сказал я. — Вот вернемся домой, там и оторвешься по полной.

— О, ты только обещаешь, — сказала она.

Кучер дождался, пока мы закроем дверь, потом взялся за поводья и дилижанс покатил дальше. Мы же свернули на проселочную дорогу, а потом, чтобы срезать, и вовсе на тропинку, ведущую через лес.

До места, где должен был открыться портал, оставалось часа полтора пешей прогулки. Главное, чтобы он таки открылся в расчетное время.

Мне не терпелось избавиться от своих спутниц. По крайней мере, от одной из них.