Впереди в лучах фар мелькнул шлагбаум. Древний, металлический, выкрашенный красной и белой краской. Из будки вылез мужичок. Кутаясь в лохматую шубу, он оттащил шлагбаум в сторону, и мы заехали внутрь… чего-то. Я понятия не имел, где мы.

Мы проехали по узкой очищенной дорожке между высоченных, в два человеческих роста сугробов и вырулили на небольшую стоянку. Там уже стоял один-единственный автомобиль. Чёрный гелентваген. Мастер был уже на месте.

В здании было жарко. Снаружи оно выглядело обычным ангаром или складом, мы зашли туда через неприметную стальную дверь, но внутри больше походило на баню.

Мы шли по узкому тёмному коридору, приближаясь к эпицентру жары. Я сначала расстегнул пальто, потом снял шарф, а теперь жалел, что не могу раздеться до майки и шорт.

Ещё я чувствовал, что здание слегка вибрирует. Это можно было заметить, если положить руку на стену или перила одной из многочисленных металлических лестниц. Тихий неравномерный гул то затихал, то нарастал снова. Казалось, там внутри сидит что-то большое, и так оно дышит.

Коридор закончился, в глаза ударило ярким светом. Мы были в огромном помещении, в центре которого находилась печь! Она была круглой, словно огромный костёр, в котором томятся души грешников и совершенно открытой. Никаких стен или заслонок. Гигантская чаша была заполнена какими-то камнями, которые то ли горели, то ли плавились. Пламя от них с гудением уходило вверх, в такую же огромную трубу, которая начиналась на высоте третьего или четвёртого этажа обычного дома.

На фоне бушующего адского пламени я едва не просмотрел маленькую тёмную фигуру. Мастер задумчиво смотрел на огонь и протягивал к нему ладони, словно грел их.

Мы подвели Модеста вплотную, Сергей сдёрнул с его головы мешок, и только тогда Мастер обернулся.

— Ну здравствуй, Слоник, — сказал он. — Так ведь тебя называют знающие люди? Аферист, мошенник, вымогатель, наркоторговец… мне продолжать?

— Клевета, — выкрикнул Слонимский, — это всё не доказано!

— А мне плевать, — прищурился Мастер, — и на грехи твои, если честно, тоже. С этим пускай полиция разбирается. Но ты влез в МОЙ бизнес. Поставил под угрозу МОИХ людей. Ты собирался МЕНЯ поиметь. Как думаешь, чем это должно закончиться?

— Я всё отдам! —ноги Модеста сами собой надломились и он упал на колени, — Всё до последнего бакса верну… с процентами… сколько скажете… у меня много денег!

— Знаешь, что будет, если печку упадёт человек? — Мастер ухмыльнулся, словно говорил что-то забавное, — Не знаешь? А мне как-то рассказали. Изменится состав металла. На одну тысячную… а, может, десятитысячную… Понимаешь, к чему я клоню, Слоник? Тебя же ни одна падла искать не будет. Никто даже заяву не подаст. Все вздохнут с облегчением, если ты исчезнешь. Бабы твои бизнес себе оставят. Должники выдохнут. Точки конкуренты заберут… пафффф… и всё.