Девушка, увидев мои движения, сделала стойку, как охотничья собака, почуявшая утку. Я нащупал что-то в кармане и вытащил конверт, в котором обычно получал гонорар за тест. Уже зная, что увижу внутри, открыл его.

Глаза у Юли открылись широко-широко. Краем глаза, я заметил, что водитель тоже с любопытством наблюдает за мной. Небрежно свернув пополам купюру в сто евро, а других внутри просто не было, я протянул руку и положил чаевые в кармашек фартука.

— Спасибо за кофе. Надеюсь, он будет вкусным.

— Я сама варила, — Юля аж подпрыгнула на месте, — вам понравится! Приезжайте к нам ещё!

По её виду казалось, что она уже готова ехать с нами сама, хоть на край света.

— Непременно.

Владимир тронулся, а девушка осталась стоять, глядя вслед нашему автомобилю, словно уходящему за горизонт паруснику.

— Это был самый дорогой кофе на моей памяти, — подал голос Владимир.

— Человеческая радость цены не имеет, — ответил я.

Он хмыкнул и промолчал. Наверняка решил, что я понтуюсь. Было бы перед кем.

Я сейчас говорил не о девушке Юле. Это у меня от этого бессмысленного поступка внутри поселилась радость. Ярким тёплым огоньком она развеяла хмарь утренних мыслей. Я делаю, потому что могу. Что может быть проще?

А кофе, действительно оказался вкусный. Надо будет заехать сюда снова.

Спустя полчаса в кабинет Мастера я тоже зашёл с улыбкой.

Он эту ночь, похоже, не спал совсем. Я знал Мастера уже достаточно хорошо, чтобы видеть последствия. Глаза покраснели и припухли, а морщины словно заострились и стали глубже.

Он сам оглядел меня, а потом для верности ещё и обнюхал.

— Не похмелялся, — сказал он задумчиво, — это хорошо. А то я тебя с порога бы выгнал. Что тогда лыбишься?

— Настроение хорошее.

— Трахнул, что ли, кого-то?

— Соседку, — не стал скрывать я.

Мастер прищурился, словно пытался увидеть меня насквозь и понять, прикалываюсь я, или говорю серьёзно, а потом расхохотался.

— Я тут переживаю… — выдавил он, не переставая ржать, — Думаю мальчика к психологу отправить. Травма у него. А он… У тебя на удивление здоровые инстинкты, Андрюша.

— К психологу не надо, — я замотал головой, — лучше ещё раз к соседке!

Мастер просмеялся, и погрозил мне пальцем.

— Ты так не шути. Ирина Владимировна, женщина памятливая и мстительная.

Знает, подумал я. Эту тупую казарменную шутку я ввернул нарочно, чтобы проверить — знает ли Мастер про то, как Скуратова меня соблазнила. Случайно он выдал себя, или нарочно, но он подтвердил мою догадку.

— Садись, чай пить будем.

— Да я только что кофе…

— Не заводи привычку со мной спорить, — перебил Мастер. — Это сэкономит всем кучу времени и нервов.