Стандартные десять сот. Почти все пустые и тёмные. Светилась только одна центральная. Но если в моей первой руне внутри пульсировали искры пламени, то здесь свет был совершенно иным. Бледный, мертвый, словно исходил от фосфоресцирующих грибов в темноте пещеры.

Я всмотрелся в символ.

— Это… череп? — наконец спросил я, выныривая из транса, но не разрывая зрительного контакта с руной.

— Он самый. Знак стихии «Плоти», нэк, — подтвердил шаман, наблюдая за мной с прищуром. — Теперь понимаешь, почему тролль так возбудился от мысли, что ты рискнёшь её поглотить?

— Почему? — я поднял глаза на учителя. — Слишком высокий риск отторжения?

— Отторжения… — скривился старик, пробуя слово на вкус. — Смерти. Но нет, в этом смысле это самая обычная руна. Шанс успешного поглощения довольно высок. Только для Низшего, разумеется, за которого тебя все принимают.

— Тогда с чего сотник так скалился?

Зуг’Гал хищно усмехнулся, обнажая жёлтые клыки:

— А ты загляни в сердцевину, нэк. Посмотри условия активации. И сам всё поймёшь.

От этой ехидной улыбки гоблина мне стало неуютно. Холодок пробежал по спине. Я снова опустил взгляд на сферу, ныряя в глубину глифа, чтобы увидеть ментальный отпечаток с видением о способности руны.

— Как это… вообще возможно? — выдавил я растерянно спустя минуту, наконец разорвав зрительную связь с руной.

— Видение внимательно просмотрел? — голос учителя со сочился ядом и весельем.

— Дважды.

— Тогда что тебе непонятно, нэк?

— Что непонятно? Всё! — рявкнул я, пытаясь отдышаться. После чтения руны жутко разболелась голова.

В отличие от прошлого раза, это видение далось в разы тяжелее, оно буквально расплющивало рассудок. Я не просто наблюдал со стороны, я смотрел на мир чужими глазами. Будто взаправду проживал отрывок чужой жизни, ощущая эту тёмную, чуждую силу как свою собственную.

В видении я калечил врагов, вырывал… нет, именно выдирал их хребты наружу. И не все они были в этот момент мертвы.

Затем окровавленные позвонки в моих руках осыпались пылью. После чего я вскидывал ладони, и эта костяная крошка не падала вниз, а замирала, сгущалась в воздухе и мгновенно вытягивалась в длинные, острые шипы. Ещё мгновение, и с сухим щелчком они срывались в полёт, чтобы найти новую жертву.

— Вот, — старик протянул мне чашу с дымящимся отваром. — Полегчает. Всё-таки пятая орбита, нэк. Рановато тебе ещё в такие руны заглядывать.

Он улыбался, но в его тоне не было ни капли сочувствия.

— Большую часть мощи руны накапливают сами, собирая её из окружающего мира. При активации они высвобождают свой резерв, но в качестве платы за «работу» тянут силы уже из нас.