— Но, думаю, этот олух усвоил урок. Впредь он не станет делать того, что вредит его учителю. Верно?

Полуухий закивал так яростно, что его уцелевшее ухо захлопало по щеке.

— Ну а ты, нэк? — шаман медленно повернул голову ко мне. Его глаза блеснули недобрым огоньком. — Когда перестанешь заглядывать в жерло проснувшегося вулкана?

Я замер, не донеся ложку до рта. С ложки на штаны капнул остывающий жир, но я даже не заметил.

— Какое ещё жерло?

— Такое, — прошамкал Зуг’Гал, выуживая пальцами из своей миски кусок разваренного мяса. — Не освоил толком стихию«тени» , едва нащупал жалкие крупицы силы, и сразу полез задирать орков. Головой когда начнёшь пользоваться?

— Я пользуюсь, — буркнул я, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение.

— Да-а-а? — протянул старик с издевательской ласковостью, отправляя мясо в рот.

— Если показать слабость — сожрут, — я с громким стуком бросил ложку в миску. Наваристая жижа выплеснулась на стол, но мне было плевать. Скрестив руки на груди, я с вызовом уставился на учителя. — В Ковенанте по-другому не выжить.

Зуг’Гал перестал жевать. Он неспешно, со смаком обсосал каждый палец, глядя мне прямо в глаза. Старик подался вперёд, и от его внезапной серьёзности мне стало неуютно.

— Тебе никто не говорил, что, бросая кому-то вызов, неплохо бы иметь хоть какую-то стратегию победы?

— У меня был план.

— План, нэк? — учитель хмыкнул, возвращаясь к еде. — А отбивать коленом двуручный меч Драала — это тоже часть твоего гениального плана?

Я промолчал, невольно стиснув зубы. Левая нога вдруг отозвалась фантомной, ноющей болью.

— Тебе повезло, — голос Зуг’Гала стал жёстким. — Повезло, что орк бил плашмя, играючи. Будь удар серьёзным, твоя нога валялась бы отдельно от тела. И всё, бой окончен.

Он выдержал паузу, сверля меня взглядом.

— Ну? Что молчишь? Дай угадаю, решил, что если можешь«тенью» огромные тяжести поднимать, то её силы и отразить удар хватит?

Пришлось кивнуть. Отрицать было глупо.

Именно так я и думал, когда пустил теневое щупальце вдоль ноги. Я искренне верил, что каркас концентрированной стихии сделает её неуязвимой для удара. Но в итоге Драал просто выбил мне колено, едва не раздробив кость в щепки.

— Какой из тебя гоблин? Как есть орк, — брезгливо фыркнул наставник. — Сильный, но тупой.

Зуг’Гал порылся где-то в недрах своего балахона и выудил небольшой, тускло мерцающий серебристый моток.

— Паутина ледяного паука, — пояснил он, разматывая тонкую, почти прозрачную нить. — Смотри внимательно, нэк.

Ловким движением шаман привязал конец к дужке тяжёлого котелка, стоявшего между нами. Гоблин взялся за свободный конец нити и медленно, очень плавно начал поднимать руку. Паутина натянулась, зазвенела струной, но выдержала. Тяжёлый котёл неохотно оторвался от земли и завис в воздухе на высоте локтя.