— Да, принц, наворотил ты делов, — сказал ему Миних, осторожно садясь на раскладное кресло в шатре, — теперь все генералы рвутся погулять в турецких тылах! Где ж это видано — такие трофеи и такие победы — и всего две сотни погибших! Вот и рвутся… А того не хотят понять, что справился ты хорошо потому, что кавалерист бывший и к рейдам привычен, да солдаты твои вымуштрованы, да разведка…

— Ништо, — улыбнулся фельдмаршалу Рюген, — Рысьев справится, да еще пара командиров найдётся. Но ты ведь не поэтому меня позвал?

— Разведка, — коротко сказал старик — и квартирмейстер начал доклад…

А докладывать было что — сам он уничтожил пороховой склад, да диверсанты… Пусть пока вернулись не все, но кое-какие данные уже есть — Яссы хорошо так выгорели в нужных местах… Но самое же главное — турки начали вести себя значительно более активно, готовясь к решающей битве.

— Это точно?

— Сам суди, — и Грифич принялся загибать пальца на руке, — склады мы им разгромили и показали — что с ними будет дальше. Ополченцы напуганы — и пока они себе новых страхов не выдумали, их нужно бросать в битву… Ну или ждать, пока окончательно успокоятся, а это долго! Разведчики мои уже до того освоились, что едва ли не каждое перемещение мелкого подразделения им известны… И это только то, что мы с Александром натворили. Ну а что ты своим стоянием у Хотина связал добрую половину поляков да до хрена турков — и сам знаешь. Да сколько их погибло в мелких сражениях.

Фельдмаршал ухмыльнулся — он так грамотно установил блокаду крепости и окрестностей, что враги гибли сотнями каждый день — не только от пуль и клинков, но прежде всего от плохой провизии, от болезней… Русские же войска практически не несли потерь! Постепенно турки и поляки «перемалывались», даже не успевая вступить в битву. И это не считая того, что ранее в нескольких сражениях Миних дал врагам такой укорот, что любое государство Европы вынужденно было бы запросить мира. К сожалению, не турки — всё-таки одно из самых больших и пожалуй — самое сильное государство Земли. Пусть и дурно управляющееся.

— Так что ручаться могу — они не просто пугают в очередной раз, а биться решили.

— Славно, — расплылся в улыбке старик и Рюген кивнул согласно. Пусть и выглядело это… кровожадно, но затягивание войны было не в интересах России. В конце-концов, Турция — не единственный опасный сосед. Да и помимо «заклятых друзей», была ещё одна причина, почему России нужно было крупное сражение — пусть турецкие войска и перемалывались, но разница в численности сводила эти усилия практически к нулю и резервы у султана были куда как серьёзней. Мелкие сражения пусть и подрывали боевой дух мусульман, терпевших постоянные поражения, но из Турции приходили всё новые и новые подкрепления.