А что делать? Альтернатива — забросить или как минимум снизить качество образования наследника, что чревато впоследствии для страны — или снизить уровень снабжения армии, что тоже чревато, но уже смертями солдат…

Полки Померанского стояли отдельно — разница бросалась в глаза.

— Они что у тебя, грамоте учатся? — Неверяще спросил цесаревич.

— Ну так время свободное есть, — попаданец даже не понял сути вопроса. В русской армии солдат обучали грамоте — новшество по тем временам необыкновенное. Но не во время же боевых действий! Объяснять же, что таким вот нехитрым образом снимается стресс… Проще говоря — солдаты понимают, что принцу они нужны не как пушечное мясо и нервы их сильно успокаиваются, да и доверие к Вольгасту было едва ли не абсолютным… Однако даже Павлу трудно было понять это, а уж остальным и подавно.

— Мог бы послать на работы по укреплению лагеря или в дозор, — дёрнул плечом Наследник.

— Они свою норму выполняют и перевыполняют, — невозмутимо отозвался Наставник.

— Ну так ружейными приёмами бы занимались да фехтованием!

— Занимаются, да ещё как, — уже с откровенным весельем ответил Померанский.

— Ну так откуда у них на это время! — С нескрываемым раздражением выпалил подросток.

— Ты до сих пор так и не понял? — С театральной печалью в голосе спросил Игорь.

Цесаревич моргнул — такая откровенная издёвочка от Наставника звучала нечасто, но всегда — исключительно по делу. Он начал оглядывать солдат Померанского… Обычные здоровые мужики, сытые и жизнерадостные. Мало, очень мало курящих и совсем нет пьяных. Многие играют в какие-то настольные игры…

— Шахматы⁈ — Вырвалось у него.

— Провожу турниры, — невозмутимо ответил Игорь. Наследник снова начал смотреть, но теперь уже «от противного» — чего здесь не хватает.

А не хватало вида солдат, занимающихся амуницией. Павел знал, сколько трудов стоит начистить многочисленные пуговицы, бляшки и другие металлические части, да начистить мелом гамаши[1], да… Стоп! У солдат Померанского самая некрасивая форма в Европе — простые сапоги русского образца, обычные штаны, причём не общепринятые обтягивающие, мундиры из прочного и добротного, но неяркого сукна, с многочисленными кожаными нашивками. Кожа была нашита на обшлагах рукавов, на локтях, на плечах и даже сзади! И никаких париков.

Некрасивая — по меркам восемнадцатого века, неяркая, чрезмерно практичная — форма Померанского служила предметом многочисленных шуток, хотя солдаты в один голос говорили о её удобстве, да и из-за отсутствия многочисленных металлических аксессуаров стоила она намного дешевле… А главное — здесь нечего было приводить в парадный вид! Нечего начищать…