Полковник тоже ничего не говорил, уставившись в невидимый мне с моего кресла терминал и вяло шевеля пальцами по панели управления. В углу кабинета полковника Вивьен Рэшфорд что-то негромко рассказывала рассеянно кивающему ее словам Георгу. Кроме нас четверых в кабинете находились еще два человека — пилоты того самого вирона, который нас спас. Они сидели рядом со мной, неотрывно глядя на полковника и не произнося ни звука.
Чтобы отвлечься от боли, я еще раз прокрутил в голове воспоминания вчерашнего дня. С ума сойти — всего один день назад мы, как одержимые, вылетели на полуисправной амке через выбитую дверь ремонтного отсека наружу, спасаясь от дронов, отчаянно желавших с нами «подружиться». А сегодня у меня в руке бутылка со сладкой холодной водой, и подозрительное пристальное внимание членов Нового Совета Атлантиса.
Вчера… Я старался не закрывать глаз, опасаясь банально уснуть в мягком кресле, в тишине этого кабинета. Нет, нам дали поспать после возвращения на Атлантис — целых несколько часов. Перед этим нас распределили: Орвина и доктора Водопьянову — в медицинский центр, меня и Георга — сюда, к полковнику. Куда доставили насмерть перепуганного Поля, я не знал.
Еще всего лишь вчера… Наша амка чудом выскочила наружу, и Георг сразу же рванул вверх, в белесую дымку ветра, стараясь выиграть как можно больше форы у дронов. Мы понятия не имели, преследовали линас или нет, но никому из находившихся в салоне не хотелось это выяснять. Потом мы помчались вниз, к поверхности, чтобы окончательно не затеряться в окружившей нас белой пустоте. Амка тряслась и прыгала, словно мы не летели в атмосфере, а катились по ухабистой дороге Старобора. Я, пристегнутый нашедшимися тут ремнями, держался за все, за что можно было держаться, и постоянно оборачивался в салон, где на полу лежали Орвин и доктор. Доктор начала приходить в себя, но пока еще лишь еле слышно постанывала и пыталась сесть, несмотря на ремни, которыми Поль и Георг притянули ее к полу.
Только вчера Георг рыскал над поверхностью Н1, рискуя наткнуться на дроны, рыча и ругаясь до тех пор, пока не отыскалту самую башню, с черным пятном взрыва на месте посадки нашего вирона. Без этого ориентира даже наш пилот не имел бы ни единого шанса доставить нас хоть куда-нибудь. Отсюда мы направились вновь прочь от поверхности, и на мой немой вопрос пилот пояснил, что все время от А1 до Н1 он вел вирон строго по прямой. Старая навигаторская техника прокладки новых маршрутов в семнадцатом секторе Атлантиса — лети так, чтобы в случае неудачи можно было попробовать вернуться назад. Шанс был невелик: при таком расстоянии ошибка всего в полградуса гарантированно уводила нас мимо А1, но другого шанса у нас не было вовсе.