— Спасибо, — поблагодарил я и отключился.

Неприятное послевкусие — я здесь, а там, в Пекине, хитрая подружка «окучивает» мою Катюшку. Или это для женщин нормально? Ох не знаю. Ладно, до беды не дойдет, за моей невестой коллеги Фэй Го присматривают, а сама она ни за что не подставится под репутационный удар, потому что он заденет и меня. Всё, долой из головы, нужно настраиваться на игру!

Уимблдон — турнир с флером «традиционности», проходит под патронажем английской королевской семьи, поэтому регламент несколько отличается от других турниров, и это касается не только игроков, но и зрителей. Дресс-код есть для тех и других: для зрителей это «смарт-кэжуал», он же — «элегантный повседневный» стиль. Джинсам, майкам, шлёпанцам и спортивным костюмам здесь не рады. Для игроков — полная доминация белого, с разрешением небольших цветных вставок шириной не более сантиметра. Даже подошва обуви должна быть белой. И даже нижнее белье!

Вот здесь у меня возникла маленькая проблема. Да даже не «проблема», а без пяти минут курьёз: лично я был бы не против на время Уимблдона отказаться от своих «фирменных» красных трусов, потому что совсем не они являются источником моих побед, но тренер Ло с видом именинника за день до начала турнира приволок целую кипу упаковок «антовских» новинок: красные изнутри, белые снаружи. В таких весь турнир и провел.

Дальше — поведение: для теннисистов здесь за исключением необходимости поклониться королевской ложе в случае наличия там короля или королевы ничего нового, а вот зрителям строжайше запрещено шуметь и аплодировать ошибкам игроков — при подаче например — чтобы те не расстраивались. На нынешнем Уимблдоне приглашенной особой королевской крови выступает принц Уэльский, ему кланяться не надо.

Судья-на-вышке тоже работает с особенностями — обращаться и называть игроков следует не иначе как «мистер» и «мисс». «Миссис» для замужних дам, конечно. Последним заметным отличием является отсутствие спонсорской рекламы, чтобы баннеры не портили традиционной атмосферы. В роли классического лакомства — клубника со сливками, ее по всей территории Уимблдона продают в огромных количествах. В среднем сжирается около двадцати восьми тонн ягод!

Переодеваясь, я словил легкую меланхолию. «Душат» меня, сволочи, и это я не про потешную Российскую внесистемную оппозицию, от потуг которой мне как ни крути ни холодно, ни жарко, а про тех теннисных функционеров, которые отвечают за составление сеток и посев. Чтобы добраться до финала, мне пришлось выиграть Вавринку, Надаля и Маррея, а вот мой сегодняшний соперник — Федерер — сквозь свою сетку прошел бронебойной пулей. К нему у меня никаких вопросов, а вот к старперам в пиджаках — очень даже.