— Хозяйство? — спросил я.

— Процветает, — пожал плечами он и раздраженно ударил ладонью по рулю. — Я столько камер своими руками повесил, а они!..

— Не злись на них, — попросил я. — Маленькие еще просто, и, если начистоту, с такой славой и деньжищами они могли бы влипнуть в историю гораздо хуже.

— Могли, но даже думать об этом не хочу, — признался Ван Дэи. — Ты бы тоже в Россию между турнирами ездил, Кате ты сейчас нужен.

— Так и собираюсь, — кивнул я. — Корт с отоплением там есть, а там и тепло настанет.

— Мягкая зима нынче в Сычуани, — поделился наблюдением китайский папа. — Бойлер даже на четверть мощности запускать не пришлось. Очень хорошо для наших коз — у нас пока не хватает козлятников, и в холодные деньки им бы пришлось сильно потесниться, а так ничего, гуляют, остатки травы жрут.

— Это хорошо, — порадовался я.

— Собачки очень хорошо помогают, я попросил у Джейн еще пятерых щенков, — похвастался он.

— Приезжала недавно, Катюшку развлекала, — поделился я новостями. — И Шу Жу приезжала, целые две недели у нас жила.

— Молодцы наши девчонки, — признал китайский папа.

А с другими и не общаемся!

* * *

Согласен с Ван Дэи — таким разгневанным Ван Ксу никогда не был.

— Глупые дуры!!! Лучше бы они украли вас!

Сидящие на диване с низко опущенными головками сестренки вжались в диван еще сильнее, а я надеялся, что на самом деле прадед так не считает, просто ему сейчас очень больно и обидно.

— О чем вы вообще думали⁈

Тут бы сестренкам продолжить хранить молчание, но Дзинь угораздило ответить:

— Мы надеялись, что этот ролик…

— Ролик?!! — перебил ее прадед. — Ро-о-олик?!! — зловеще протянул, опасно надвигаясь на сестренок.

Родню от гнева «патриарха» словно парализовало — ни рыдающая мама Айминь, ни старательно делающий вид, что происходящее его не касается Ван Дэи даже и не подумали вступиться за сестренок. Тем более не стала вступаться бабушка Кинглинг, которая недавно орала на девочек не хуже прадеда. Придется мне.

— Деда, — поднялся я ему навстречу. — Я даже не представляю ту боль, что ты чувствуешь, но…

— Не представляешь — значит сядь и заткнись! — рявкнул на меня Ван Ксу, продолжив «наступление».

— Я не дам тебе разрушить репутацию нашей семьи, — сложил я руки на груди, оставшись стоять.

— Решил, что вправе мной командовать? — прошипел прадед, подняв на меня бровь.

Страшный, но это — замешанный на детских воспоминаниях, привычке подчиняться (оно же, отчасти, воспитание) и прочих рудиментах. Прости, деда, но я уже давно не забитый «Кузнечик». Жаль, что ты не понял этого сам.

— Ты скоро сдохнешь, а мне придется разгребать за тобой дерьмо, — спокойно ответил я.