— И что нам после этого делать? — смутился верховный старейшина.

— Меня это не касается, — качнул я головой. — Вы сами выбрали жить по иным законам. Вас нигде больше не ждут. Вам самим решать, как жить дальше. Мы откроем вам эти ворота и позволим уйти. На этом наша милость заканчивается. Мы чужаки вам, вы — нам. Не ждите от других милостей больше, чем сами бы дали в такой ситуации. Уходите!

Я вновь повернулся к толпе и громко сказал. Так, чтобы уж точно разобрали все:

— Мы откроем ворота! Уходите! А кто останется, пусть это будет его выбор! Я не буду мешать воинам хана Мгелая отдыхать после их победы! Это их право по вашим же законам! И ваша судьба!.. Откройте ворота!

Вернувшись в надвратную башню, я встал на стене. Так некоторое время и стоял, глядя, как тянется людская река, вытекающая из города. Прошла чаша, затем ещё одна… На стену выбрался Аримир, а рядом с ним шёл местный верховный старейшина.

Не поворачивая головы, я спросил:

— Чего тебе, старик?

— Ты отпустил людей моего рода… — глядя на бесконечную людскую реку, заговорил он. — И воинов, и простых людей… Если мы сумеем найти нового хана, наш род будет жить.

— Ну и валите… — я пожал плечами.

— Я не хочу, чтобы дары, собранные моим ханом, попали в лапы этому ублюдку Мгелаю! — тихо сказал старейшина, сверкнув бледными глазами. — Во дворце есть тайник, воевода Ишер из Кечуна. В этом тайнике — казна моего хана. Забери её себе! Забери и не отдавай ублюдку Мгелаю, да сгнить ему и всем его воинам в песках!

— Где находится тайник? — спросил я, даже не представляя, как незаметно до него добраться.

— В него можно попасть из города! — ещё тише заговорил старейшина, подавшись вперёд. — На площади перед дворцом есть караулка стражи! Внутри к стене приделан держатель лампы… Потяни за него вниз, до щелчка, а потом вверх. Откроется часть кладки. Сдвинешь её, спустишься в тайный ход, ведущий во дворец. На той стороне попадёшь в тайник. Бери там всё, воевода! Бери сейчас, пока эти помойные иухи из племени торико не нашли его!

— Чего сам-то не забрал? — удивился я.

— Мог бы забрать, уже забрал бы!.. — хмуро бросил старик. — Но лучше пусть возьмёт тот, кто отпустил людей моего рода, чем сокровище достанется этим!..

Старик мотнул головой в сторону Белого Игса, где, судя по звукам, как раз обчищали дома.

— Я услышал тебя, старейшина. Постараюсь успеть до людей Мгелая, но обещать не буду. Своё право на долю в добыче и грабеже я отдал за ваши жизни, — ответил я, чем поверг старейшину в глубокий шок.

Он выпучил глаза и посмотрел на меня, не веря своим ушам.