Пошли здравницы. За Мгелая — раз, за Мгелая — два, за Мгелая — три. Потом за союзников — под этим словом, на удивление, подразумевали и моих людей. Пришлось встать и поклониться в ответ на одобрительный рёв. Потом за победу, за удачу, за то, чтоб демоны сдохли, за то, чтоб переханы были сыты, за то, чтоб жёны рожали сыновей…
Кочевники напивались. Быстро, как это умеют только они, когда видят перед собой бочки с вином. Через гонг половина зала еле ворочала языками, через два — многие спали прямо там, где сидели, уронив головы в миски с недоеденным мясом.
Кто-то пытался петь, но получалось плохо. Кто-то ругался, кто-то лез целоваться, кто-то выяснял отношения с помощью кулаков, но быстро — стукнули друг друга, разобрались и дальше пьют.
И я решил, что пора мне уходить. Выбрал момент, попрощался с Мгелаем, испросив разрешения покинуть пир. Тот лишь лениво рукой махнул: мол, вали уже, из вежливости тебя позвали.
Этот долгий и страшный день подходил к концу. Я добрался до караулки, отметив, что на улицах практически стемнело. И там меня ждали самые приятные новости за весь вечер. Три мешка размерами с голову перехана, набитых золотыми и серебряными монетами.
— Пересчитывали? — спросил я.
— Не до того было! — признался Аримир. — Сундук пришлось вскрывать. Это дело небыстрое. Да и шумное. Постоянно боялись, что нас услышат. Кочевники всё ещё обыскивают подвалы. Мы их говор точно слышали, когда мимо проходили.
— Сундук мы закрыли и оставили в тайнике! — сообщила Элия, сияя глазами, что сразу говорило о том, чья эта идея. — Всю медь в нём не трогали. И немного золота и серебра на донышке оставили. Как будто никто ничего не брал!
— Да и ход мы закрыли. Надеюсь, не сразу его найдут! — кивнул Аримир.
— Прячьте мешки и возвращаемся в башню. Надо бы получше подготовиться к обороне, — решил я. — А оставить медь — идея отличная. Вы молодцы. Пусть думают, что хан Ингум почти всю казну разбазарил… Или что спрятал главные богатства. Пусть ищут дальше.
Настроение начало подниматься. Если кочевники останутся без сказочных богатств, единственным источником денег по-прежнему буду я. И вряд ли они решатся лезть на моих воинов в ближайшее время.
Но всё же надо было держать ухо востро.
Глава 72
Ночь прошла спокойно, без происшествий. Но это, конечно, очень условно. Как может быть спокойной ночь, когда за стенами снуют гухулы, а внутри — продолжается грабёж? Нет, такую ночь нельзя назвать спокойной. Да и со мной случилось кое-что…
Я стоял на стене, сжимая амулет ночного зрения. Просто стоял и глядел в темноту ночи. Если встать к самым внешним зубцам, неслышно пьяных криков из города. Я, в принципе, не люблю громкие крики. Они мешают услышать то важное, что происходит вокруг.