— Учти, что идти придётся пару гонгов! И до северных ворот стоит добраться до темноты! — предупредила Виссария.

«Ну конечно! Ворота-то поудобнее будут, вот командование их и заняло!» — осенило меня.

«Мог бы и раньше догадаться, между прочим. Не дурак вроде!» — укорил внутренний голос.

Я мог бы ответить себе, что давать подсказки — и есть задача внутренних голосов, но не стал. Внутренний спор мог затянуться, а старейшины ждали ответа.

— Хорошо. Так и сделаю, — кивнул я, принимая пропуск.

— Тогда мы пошли. Ждём тебя к вечеру у нас, — кивнул Бхан.

Старейшины ушли дальше. Они, похоже, решили сделать обход всей стены. Десяток регоев, сверкая доспехами, скрылся в пыльной дымке. А за ними вышагивали Бхан и Виссария.

— Ну что, герой? — Ихон хлопнул меня по плечу. — Иди отдыхай. Через четыре гонга подниму.

— Подожди. Сначала помогу, — ответил я.

Спать, когда вокруг твои люди выгребают песок из жилья, я не мог. Не привык как-то. Да и кто знает, когда в следующий раз доведётся своим помочь.

Через полгонга грудь горела огнём, а руки дрожали от напряжения. Мы таскали песок. Много песка. Надо было откопать стену и основание башни. Ну и сделать уборку внутри. А затем перетащить песок подальше.

Последствия бури лежали везде. Песок шелестел под ногами, набился в углы, покрывал пол слоем в палец толщиной. Он забивался везде: в доспехи, в волосы и в рот. Казалось, сама башня решила стать частью бескрайней пустыни.

На втором ярусе, где у нас хранились припасы, работа кипела особо яростно. Несколько женщин перебирали мешки с провизией. Просеивали муку и крупу через сито. Протирали от песка каждый сушёный овощ, фрукт или кусок мяса.

Уборкой занимались все, кто мог стоять на ногах. С этой задачей надо было закончить до обеда. А после обеда — спать. Демонам-то убираться не надо. Как стемнеет, они снова придут.

Закончив с песком пораньше, я дождался горячей еды. А, перекусив, сразу ушёл отсыпаться.

Разбудила меня тишина. Обычно такая бывает, когда все спят, а ты один проснулся.

Я открыл глаза. Мышцы ломило. Надо было пересилить себя и встать. В памяти всплыла фраза, кажется, из прошлой жизни: что не убивает, делает нас сильнее. В Вечных Песках так не говорят. Чтобы так считать, надо уметь видеть свет надежды.

Я поднялся, стараясь не шуметь. Когда в Кирпичном круге прозвенел гонг, посчитал количество ударов. И понял, что проснулся очень вовремя.

Тихо, стараясь не стучать подошвами, я спустился на пятый ярус. Там, в отведённом углу, спала осмия Тавра. Сам Тавр лежал на спине, раскинув руки, и похрапывал. Я слегка потряс его за плечо: