— Скорее одиночество. — Вздыхаю я.
— Что ты делаешь?! — Возмущается Ведьма и шипит.
Кристиан же не выдает своего знания по этому поводу. Он прищуривается и, соблюдая все законы удивления, поднимает одну бровь вверх.
— Что ты имеешь в виду? — с недоумением спрашивает он.
— Да стоишь тут. — Начинаю я оправдываться, но добавляю нотки агрессии. Будто сейчас еще и Кристиану оправдываться придется за свои вопросы. — Ждешь, видите ли. Я что, сама дойти до еды не смогу что ли? Не маленькая! Хватит тут вообще следить за мной!
Я топаю ногой и взмахиваю руками. Не определившись с траекторией, я возвращаюсь к двери, ведущей к раковине, почти открыв ее разворачиваюсь в полушаге и нахожу глазами огроменные распахнутые двери, за которыми виден стол. Так же уверенно иду теперь туда.
Мысленно я громко и чистосердечно благодарю Кристиана. Он не издает ни единого смешка, явно наблюдая за всей этой картиной. Охотник молча следует за мной. Он даже больше ничего не спрашивает! Видит, что я запуталась в показаниях, и позволяет сделать мне передышку. А вот не касалось бы все это дело обмана ведьмы, уверена, он бы вел себя совсем иначе. Допытывался бы до каждого слова и не давал мне покоя колкими высказываниями и замечаниями. Но имеем, что имеем. И Кристиан показывает себя с наилучшей стороны.
Но стоит признать, все это тяжело дается. Да, двойного агента, оказывается, играть куда труднее, чем мне показалось с первого взгляда.
Глава 14
Обед проходит обычно. Мы едим, молчим и иногда поглядываем друг на друга. Несколько раз я замечаю дрожь руки, когда бульон выливается за края ложки, не доезжая до рта. Но мы этого не обсуждаем.
— А почему ты не любишь цветы? — Не выдерживаю я настолько длительной тишины, когда обед подходит к концу. А ведь я так была близка к успеху!
— Почему я их должен любить? — Прилетает мне ответный вопрос от Кристиана. Он откладывает в стороны все приборы и опирается на руки, ставя их локтями на стол.
— Ты можешь относиться к ним нейтрально. Но чтобы прям не любить… — Корчу я лицо. — Явно должно было что-то произойти.
Мужчина молчит. Его взгляд пробегается по столу, стенам, потолку и возвращается ко мне. И скромно так, по-мужски, он тихонько говорит:
— Ванесса считала цветы бесполезными сорняками.
— Ну! Какой хороший мальчик ! — Гордится ведьма своим … назовем так… учеником. Ка…детом.
— А своего мнения ты не имеешь? — Возражаю я этому бесцветочному культу, отвечая сразу обоим собеседникам. Одну очевидному, а другому бестелесному.
— Не смей говорить Крису свою глупую чушь! — Тут же вопит ведьма.