Еще раз внимательно глянув в угол, где целитель чуть раньше пристроил занавешенное пока зеркало и хорошенько его запомнив, Анетте влезла по самым крутым, почти отвесным ступеням последнего пролета и, оказавшись на открытой площадке башни, замерла, выдохнув едва слышно:
— Ух ты…
— Красиво, — согласился Янир, не отстававший ни на шаг.
Рассвет, который должен был послужить сигналом для нападения, уже занимался, но едва-едва — на востоке, за бархатно-черным изломанным силуэтом крыш и башен, показалась тонкая, почему-то нежно-розовая полоса, совсем не мешавшая мерцать звездам с другой стороны небосклона. А прямо над головой, точно в зените, светился опрокинутой лодочкой серпик новорожденной луны.
— Чего встали, — грубо рявкнули снизу, разрушая очарование момента, — Посторонись! Выход к чертям собачьим перекрыли!
Анет дернулась и тут же почувствовала на талии крепкую ладонь:
— Спокойно! — выдохнули над ухом голосом целителя. — Делай то, за чем пришла, я позабочусь об остальном.
Ей оставалось лишь кивнуть и оглядеться. Та-ак… Похоже, рынок и примыкающие к нему склады чуть левее — туда она и сдвинулась, сразу убедившись, что не ошиблась. Несмотря на ранний час, какое-то шевеление на площади уже наблюдалось — не только они сегодня ранние пташечки…
— Уважаемый, — обернулась она к подручному Сагарстила. — Отодвиньте своих людей от меня шагов на пять, не меньше.
— Но, — попытался возразить тот, и тут же был прерван.
— Уберите, сказала! Они мешают потокам силы. И пусть даже не вздумают подходить ближе — за сохранность их мозгов я тогда не ручаюсь!
Очередного блефа, выданного уверенным тоном, оказалось достаточно — пространство вокруг расчистилось, причем попятился и сам «господин без имени». Правильно, мозги, особенно свои, нужно ценить и беречь. Без них никак. А этих пяти шагов, в свою очередь, оказалось достаточно, чтобы никто больше не перекрывал им выход к лестнице и не маячил поблизости — то есть пути отхода она по возможности расчистила. Теперь за дело:
— Готовься, — не оборачиваясь предупредила она светлого. — Начинаем!
Аннете смахнула первое из подвешенных на пальцы плетений, тут же накрыв невидимым для остальных куполом и рынок, и примыкающий к нему квартал. Волосы у нее на голове встали дыбом и сыпанули искрами, заставив «конвой» попятится еще дальше. Зато теперь все сигнальные амулеты были перед ней как на ладони…
— Ох, мамочки, — не удержалась она, поняв, насколько же их много — Штырь постарался на славу, со всех сторон прикрывая свою вотчину. Причем старался, похоже, из года в год, все укрепляя и укрепляя эту своеобразную линию обороны.