Перед глазами мутится, во всяком случае, вид молока в бутылочке расплывается. Я стараюсь сфокусироваться — мне вообще-то не привыкать подолгу не спать. Сфокусировавшись, понимаю, что молоко колышется, как будто стол кто-то толкнул. Но это стол, на котором стоит анализатор, он встроенный и дополнительно укреплён, чтобы избежать даже незначительных вибраций.

Моргнув, присматриваюсь. Молоко в бутылочке неспешно проворачивается, как будто его только что размешали. Прямо у меня на глазах оно замедляется, останавливается и начинает крутиться в другую сторону.

— Это только я вижу? — спрашиваю, почти забыв о присутствии Кира.

— Не только, — неровным голосом отвечает он.

Я хватаю пипетку и бегу к микроскопу. Очевидно, в молоке хозяев леса должны быть живые клетки. Может, бактерии или археи, которые могут двигаться. Немудрено, что воспроизведённый химический состав дал совершенно другую жидкость. Конечно, откуда в молоке клетки, если в организме их нет — это большой вопрос, но как ещё объяснить?..

В микроскоп я клеток не вижу. Жидкость и жидкость. Микроскоп у меня не полевой, естественно, а какой надо, с разрешением до молекулы. Вот молекулы я и вижу. Конечно, в белёсом переплетении хрен чего поймёшь, приходится отвлечься и подкрасить разные типы молекул в разный цвет. Но вижу я в итоге ровно то, что показал анализатор: белки, жиры, сахара, короткие цепочки аминокислот.

Я уже готова начать орать — просто так, от непонимания, от бессилия. Но тут я замечаю, что вокруг всего этого молекулярного богатства что-то колышется. Вроде как когда капаешь воды на разогретую сковородку. Она испаряется, а ты видишь призрак лужицы, то ярче, то тусклее, пока наконец она вся не исчезнет.

Эта не исчезает. Молекулы, зажатые препаратными стёклышками, шевелятся — медленно проворачиваются сначала в одну сторону, потом, после паузы — в другую. Слаженно. Это не броуновское движение.

— Погляди, — отодвигаюсь я, чтобы пустить Кира. — И скажи мне, что это не я рехнулась.

— Это не ты рехнулась, — говорит он, понаблюдав волшебное вращение. — Это сила.

— Что?

Кир отрывается от микроскопа и глядит мне в глаза.

— Мы с Айшей смотрели её кровь под микроскопом. Там тоже так было. Я думаю, что это духовничья сила.

* * *

— Как думаешь, Айша уже проснулась? — спрашиваю я, пока что откладывая вопросы к мирозданию.

— Думаю, она скоро будет здесь, — предполагает Кир. — Знает же всё наперёд.

И действительно, стоит ему договорить, как раздаётся негромкий стук в дверь, а потом внутрь просовывается Айшина голова.

— Я могу быть чем-то полезна, да?