— Я получше твоего знаю, что и как принято в наших краях, дурень, — оборвал его Приходько вставая. — Ну вызови его на дуэль, покажи, чего стоишь. Ты только не смотри, что пацан молод ещё — он десяток таких, как мы с тобой, узлом завяжет. А Марфа твоя… Эта ворчливая ведьма мне никогда не нравилась. Якшается с кем попало, за травки свои дерёт в три дорога… Аристарх, что она сделала?

— В меня едва не попала игла, — ответил я. — Думаю, явно отравленная. К сожалению, я уничтожил её своей защитой, но в том, что её отправила она, могу поклясться.

— Вот видишь, Микула? — повернулся он к здоровяку. — Парень в своём праве.

— Это лишь слова! — возразил он. — Игла, говоришь? Уничтожил? Да я так же могу заявить, что он меня прикончить пытался и напасть.

— Захоти я тебя прикончить, ты бы уже сдох, клоун, — процедил я и оглядел остальных, теряя терпение. — Если кто сейчас попробует этой твари помочь, меня не вините. Покалечу каждого.

— Вот-вот, — ухмыльнулся Приходько. — Я бы на вашем месте ему поверил. Парень шутить не умеет… А коли не верите — так может мне остальных имперцев свистнуть? Вы ж знаете, за своего брата наши стоят крепко… Так что давайте-ка, братцы, обойдемся без лишних проблем и нам, и вам? Эй, девка — обыщи эту курву. Всё, что найдёшь, выкладывай прямо тут, на пол.

Алтынай бросила вопросительный взгляд на меня, и я кивнул. Один короткий, но размашистый удар в висок — и застонавшая Марфа-травница, или кем она там была, лишилась сознания и с тихим стоном отошла в царство грёз. Микула дёрнулся было, вскидывая руку, к Алтынай, но шутить я не собирался — Меч Простолюдина, с которым я никогда не расставался, змеёй вспорхнул из ножен, прижимаясь к его горлу.

— Если ты, баран, чего-то не понял из слов Влада, я тебе сам всё растолкую, — зарычал я. Достали эти дуболомы! — Каждого, кто сейчас попробует влезть в это дело, я лично вызову на дуэль и отделаю хлеще, чем бог черепаху.

— Ну так рискни! — рыкнул в ответ здоровяк.

Спорить с этим индивидом я уже не стал. Убрав меч в ножны, я выпрямился поглядел на него в упор. В силу юности моего нынешнего тела, особо крупных габаритов я пока набрать не успел, но ростом ему почти не уступал, так что наши глаза были на одном уровне.

— Давай так. Я тебя сейчас разок ударю, и если выстоишь — пусть твоя Марфа идёт с миром. Но коли не выдержишь — ты закроешь, наконец, рот, и перестанешь мне под ноги лезть. Идёт?

— А с чего мне позволять тебе лупить себя? И что это вообще докажет в этом споре, придурок? — вскинул он бровь, нагло ухмыляясь.

— После моего удара ты ударишь меня трижды, — ввел я дополнительный пункт. — Не знаю, трахаешь ты эту Марфу, в сговоре с ней или она твоя родственница, мне насрать… Но обещаю — один мой удар в обмен на три твои. Плюс ты можешь использовать что угодно для защиты, я же не буду защищаться никак. Или струсил перед парнем, которому и двадцати нет? Всё это — без магии, чистая сила.