— В общем, скорее всего мы все тут и сдохнем, — мрачно констатировал Иванов. — А я ведь говорил, что следовало не высовываться! Говорил ведь, ну!..
— Закрой рот, нытик, — оборвал его Приходько. — Заплачь мне тут ещё! Ты знал, куда отправляешься служить, и к такому повороту должен был быть готов! Все мы сдохнем, рано или поздно… Давайте прикинем, что можно сделать, что бы как можно больше уродов прихватить с собой. Всегда знал, что эти богом проклятые чащобы станут моей могилой. Остаётся надеяться, что сдохнем мы в славной компании. Прихватить трёхрого и пару-тройку двурогов — отличный способ отправиться на тот свет. Только бы придумать, как это сделать…
— Есть у меня идея, — протянул я. — Только она довольно авантюрная и что бы её реализовать, нам всем придется изрядно рискнуть шкурами. Готовы выслушать?
— Не томи, парень, — буркнул Приходько. — Говори, и я решу, стоит ли твоя затея того, что бы хотя бы почесаться ради неё.
— Как вы могли бы заметить, место у нас удачное в том числе потому, что тут имеется магический источник, — начал я. — Паршивенький, само собой, ничего особого из себя не представляющий — но хоть какой-то…
Глава 9
Утро тринадцатого дня с момента осады Кондратьевска добрым назвать было сложно. Особенно для тех, кто шел в первых рядах штурмовых батальонов, бросаемых в бой первыми, и как правило состоящими из штрафников. Разбойники, грабители, воры, убийцы — все те, кому светила смертная казнь, но кто согласился рискнуть жизнью на благо отечества в обмен на помилование — в том случае, разумеется, если переживет полгода в рядах фактических смертников.
Офицерами в таких батальонах служили проштрафившиеся маги. Неважно, дворянин, бывший крестьянин, что отучился в магическом училище и затем натворил дел или знатная особа, замаравшаяся в неприглядных делишках и имевшая глупость попасться на горячем — Империя всегда находилась в состоянии перманентной войны и нуждалась в пушечном мясе. Собственно, Империя на то и Империя, что постоянно расширялась — но постоянной, неизменной актуальностью в этом вопросе обладала Сибирь.
Под командованием Алексея Алексеевича, некогда Воронцова, а ныне безфамильного Мастера в чине капитана, ныне был батальон. Не учебный, на тысячу с лишним бойцов, а обычный войсковой — рота из сотни солдат и пятнадцати магов, включая ротного и его зама, батальон же, соответственно, из четырёхсот бойцов и шестидесяти двух чародеев, включая его самого и его зама. Тоже, если подумать, весьма грозная в бою сила — особенно учитывая, что контингент тут подбирался весьма лихой — каждый из тех, кто попал сюда, так или иначе обладал каким-никаким боевым опытом.