— Третья рота — назад! — распорядился Алексей Алексеевич. — Четвёртая, сменить их!

Шесть батальонов широким полукольцом давили на массово атакующих тварей, медленно, но верно перемалывая их натиск. Воевать правильным строем в Сибирских лесах было сложно, но города, особенно крупные, строились так, что бы вокруг было как можно больше свободного пространства. Даже если его приходилось создавать своими силами, выжигая лес и осушая болота — человеку требовался простор, что бы иметь возможность заранее засечь атаку чудовищ.

Вот и сейчас они медленно, но верно давили один из флангов противника. Расчищали путь для решающего удара других, более благонадёжных частей, что пойдут вперёд, когда штрафники оттянут на себя сколько возможно вражеских сил и истощат их чародеев. Нельзя сказать, что их совсем уж бросили на убой — с небес, поддерживая пехоту, били три эсминца и один крейсер, а лёгкая полевая артиллерия, не скупясь на зачарованные снаряды, отстреливала по мере сил выделяющихся своей силой монстров. Но даже так — потери были чудовищными.

— Милый, что будем делать дальше? — в голосе Бестужевой чувствовалось искреннее беспокойство. — Если так пойдёт дальше, нас тут всех положат раньше, чем основные силы вступят в бой!

— Что тут уже поделаешь… Господа офицеры, — повернулся он к ударному кулаку, составленному из бойцов и магов первой роты батальона. — Вы — лучшие из лучших. Пришло время показать и тварям, и отсиживающимся у нас в тылу регулярникам, из какого мы теста слеплены? Сегодняшний бой — шанс каждого из нас показать, что мы не какие-то отбросы, которых можно выкинуть и забыть, показать, что мы храбры, сильны и умелы! А ещё это шанс разжиться неплохой долей в общей добыче и отложить денег на тот благословенный день, когда все мы окажемся свободны от службы в штурмовых батальонах! Мы — истинная элита армии, что вершит своей решимостью и бесстрашием ход любого сражения! Я не буду кричать «за Императора», «за Родину» — именно они отправили нас сюда. Вместо этого — за нас, друзья! Занашу победу и нашевыживание !

Такая постановка приоритетов штрафникам пришлась по душе. И вся первая рота двинулась, затыкая собой брешь, начавшую образовываться между позициями второй и четвёртой рот. Помимо прочего, основной специализацией первой роты, вернее её солдат, был ближний бой — закованные в тяжелые, пусть и не магические, доспехи воины с тяжелым оружием, приняв алхимические стимуляторы, на несколько часов становились настоящими богами войны. Пусть и ценой того, что потом могли до суток отлёживаться в лазарете…