— Нет! — вскричал Борис Кондратьев. — Он шутит, Сергей!
— Я нихера не шучу! — взревел подполковник так, что полог тишины аж затрясся. — Я покажу всем, что безродные черви вроде этой твари не понимают своего места!
Справедливости ради, капитан сперва поглядел на Бориса. Тот же, несколько мгновений поглядев на своего кузена, повернулся к нему и яростно прохрипел:
— Ты в своем праве, Серёга.
— Я принимаю ваш вызов, господин подполковник, — тут же отозвался невозмутимый чародей. — На всех предложенных вами условиях!
Глава 15
— Вот ведь мразь злопамятная, подполковник, тоже мне, — сплюнул я. — Гордость вооруженных сил Российской Империи, мать его разэдак… И сколько нам ещё караульными торчать⁈
— О, парень, ещё очень долго, — сделал глоток из фляжки Приходько. — Ну надо же было так вляпаться! Эх, ну вот вечно я в подобные истории влипаю… Нет, конечно, я очень уважаю капитана, но нахрена он так подставляется? Можно ж было всё по хорошему решить, не ссорясь с Кондратьевыми. А теперь и его покалечат, и нас сгноят в патрулях… Сдохнем мы все в итоге, как пить дать — сдохнем.
Наш неполный взвод был выдернут с увольнительной, и мы почти сутки проторчали в карауле за внешним периметром стен. Блядский урод в подполковничьих погонах не обделил нас своим вниманием… И вот сейчас мы сидели за столом на первом этаже, принадлежащем Приходько, и пили горькую. Надо признаться, мне весьма по душе пришёлся этот мрачный фаталист — я даже и не упомню вот так сразу, когда я в последний раз заводил друга. Лет сто? Или сто двадцать? Когда там Аня и Володя Борецкие погибли, мои последние друзья? Уж и не упомню…
— Ты боишься? — поднял я бровь, выныривая из своих мыслей. — А где же тот храбрый старший лейтенант Имперской Стражи, который провел нас сквозь хаос сибирских лесов?
— Не боится смерти только дурак, — ответил он. — Или психопат, но такие реже встречаются. Впрочем, самой смерти я не боюсь — однако мне нужно ещё пять лет повыживать. А до того права помирать никакого не имею.
— А ты дурак или псих? — хмыкнул я.
— Всего понемногу, — пожал плечами он. — Но в отличии от тебя, у меня есть дети, а потому мне нельзя помирать раньше, чем поставлю их на ноги. Эх, как неудачно всё складывается… Жаль, у нашего капитана шансов маловато на победу. Вот будь он сам из родовитых, и будь их дуэль до смерти — я бы с удовольствием на него поставил. И был бы рад, если бы он эту мразь штабную разделал, как свинью на бойне. Давно, падаль, напрашивается, ох давно…
— А как ты сам собирался этот вопрос с ним решать? — заинтересовался я. — Мы ж как раз по поводу трофеев шли разбираться. А он, как я понял, сильно на них рассчитывал и отдавать явно не собирался.