— Ты его знаешь, брат⁈ — почти истерично взвизгнул подполковник. — Немедленно прикажи ему сдаться и прекратить этот балаган! Он устроил полноценный мятеж в полку, в военное время, и за это…

— Андрюх, а ведь я тебя не раз предупреждал — не стоит тебе продолжать эти твои крысиные манёвры с обиранием своих подчиненных, не стоит… И Род позоришь, и сам однажды нарвёшься. Вот так и вышло — нарвался ты, брат. Витя, — обратился к капитану Доронину командир полка. — Не знаю, в чём у вас тут дело, но прости его, дурака. Я лично займусь вразумлением недалёкого… С чем бы ты сюда не пришел — считай, твой вопрос решен.

— Прости, Борис, но тут такое дело — он решил ограбить не меня даже, а моих подчинённых. Тех, что сумели без единого Мастера в отряде прикончить трёхрогого, девятерых двурогих и несколько десятков однорогих. А ещё поднял руку на моих подчиненных… Такое я спустить на тормозах не могу.

— Да что ты!.. — начал было начштаба, но был прерван.

— Рот закрой, свинья! — рыкнул командир полка. — Пойми и ты меня, Серёга — он хоть и двоюродный, но мой брат. Я не могу проигнорировать его. Понимаю, ты оскорблён, но вспомни Житомир. Ты мне задолжал, помнишь? В счет того долга — спусти этот вопрос на тормозах, а?

На целую минуту воцарилось молчание. Наконец, Доронин скрипнул зубами, тяжело вздохнул, но в итоге ответил:

— Только потому, что это ты, Боря. Но скажу честно — мне странно видеть то, как вы и ваше воспитание различаются. Я был куда лучшего мнения о твоём Роде, думая, что вы настоящий бастион Русской Империи здесь, в Сибири. Что твои родичи похожи на тебя… Жаль, что я ошибался.

На это командир полка ничего не ответил, но даже сквозь купол тишины мы все увидели злой, полный кипящей ярости взгляд, брошенный им на своего младшего кузена. Не знаю, что связывало этих двух человек — капитана Доронина и полковника Кондратьева, но было очевидно, что полковнику эти узы куда важнее, чем те, что были у него с кузеном.

— Спасибо, Сергей. Я не забуду, — бросил он уходящему капитану.

И почему у меня такое ощущение, что полковник только что спас жизнь не капитану, а своему кузену? Дело явно шло к дуэли, и опытный вояка Борис Кондратьев был, похоже, стопроцентно уверен, что наш капитан натянет шкуру подполковника на барабан, невзирая на, что последний обладает всеми Родовыми знаниями явно не самого слабого дворянского Рода.

— Дуэль! — яростно бросил здоровяк, грохнув кулаком по столу. — Через пять дней, до сдачи или неспособности противника вести бой, с разрешением использовать любые артефакты и алхимию!