Товарищ Лигачев нашёл прекрасный выход из идеологического тупика. Коварный и подлый враг нанёс нам страшный удар, и оправится от последствий быстро не получится. О мировом лидерстве теперь не время думать, надо спасать разрушенное. А лет через десять мы всё наверстаем, и тогда уже покажем им кузькину мать.

Особо повеселила статья в «Правде» о том, что Михайло Сергеевич лично загубил развитие ЭВМ в СССР, и теперь мы вынуждены догонять весь остальной мир. В чем — в чем, а в этом Горби точно не участвовал, он даже не интересовался этой темой, поскольку был классическим гуманитарием, далеким от науки и техники. Или просто недалеким, если быть предельно точным.

Опять же, грамотно и вовремя свалили проблему компьютерного отставания на предшественника, в ближайшие годы эта отсталость станет очевидной и вопиющей, поэтому соломку подстелили заранее.

Но это всё — лирическое отступление. Возвращаемся к делам нашим рыночным.

Прежде всего, вызвали Тофика Ахметовича в кабинет к директору, где я предъявил ему обвинение в «кидалове». Поскольку в тот момент я пребывал в статусе презренного грузчика, неведомым способом добравшегося до начальства, то ожидаемо был послан лесом. Уважаемый Тофиг заявил, что знать меня не знает, и ничего никому не должен, а идея с попкорном пришла ему в голову давным давно, и он лишь ждал сбора урожая кукурузы, чтобы воплотить её в жизнь.

Директор рынка, скрывая усмешку, поинтересовался, каковы будут мои доказательства?

На что мной был предъявлен запечатанный конверт со штампом от сентября месяца, на котором чётко был указан и рынок и улица Кукурузная. Внутри был обнаружен лист бумаги со схемой чудесного аппарата, производящего деньги из обычных кукурузных початков.

Виктория была полнейшая.

Рафик Ибрагимович, с трудом сохраняя на лице выражение серьезности, присудил мне чистую победу.

В качестве возмещения морального ущерба и попытку обмана, сумма была увеличена до ста рублей. Тут бы раскрыть мое инкогнито и получить деньги, не отходя от кассы, но мы с Ибрагимовичем решили повременить, дать завсклада проявить себя в полной мере. Что он и сделал.

Отдавать деньги Тофиг не хотел категорически, после унизительного разбирательства в кабинете директора это было бы для него обидно вдвойне. Поэтому он решил разобраться с обидчиком просто и незатейливо: выбить дурь и желание требовать деньги с уважаемых людей.

Через час ко мне подкатили двое мрачных амбалов, в которых легко можно было узнать охранников: Мусу и Агу. Первый был особенно зол на меня, ему влетело от начальства за то, что его не оказалось на рабочем месте, ведь он в этот момент бегал по рынку в поисках мифических цыган, дерущихся с «абхазами» из-за болгарских сигарет.