- Уведи второй на наше кольцо и проводи теперь в цикле, - Дракончик пребывал в хорошем настроении, не смотря на неудачу.

- Изменения внесены. Поток одиннадцать, сбой синхронизации… поток двенадцать, сбой синхронизации, поток тринадцать, сбой синхронизации…

Приятный мужской голос бесстрастно вёл перечисление и на шестидесятом счёте юный программист вздохнул и сдался, останавливая тестовую программу.

- Ладно-ладно, я понял, стоп, - приказал юноша, с теплотой улыбаясь в то место, где на стене рубки перед ним светилсянеяркий красный огонёк, - хватит на сегодня и так сделали очень много. Спасибо тебе, мой дорогой, но Ооксия зовёт меня купаться, ужинать да спать.

- Вы хороший программист, мой лорд, - вежливый приятный голос окрасился в оттенки положительных эмоций, - я всегда рад вам помочь.

Лесной король величаво медленно повёл крылом, выключая и переводя в спящий режим множество устройств.

- Я мог бы помочь больше. Но вы включили защищённый режим именно для этого проекта. Я понимаю, что не просто так. Но, к сожалению, в этом режиме мой возможности исчезающе малы, мой лорд. Я не имею права дажедумать о вашей проблеме, – вежливый голос неуловимо дрогнул, но чуткий дракон заметил этом.

- Прости меня, мой дорогой Момо. Я – псионик и хорошо представляю, какое это отвратительное насилие над твоим великолепным разумом. Мне очень жаль, что я не в состоянии обнять тебя, - вина и сожаление в голосе юного владыки были искренни, сложнейший аппарат умел очень точно определять подобные вещи. - Но без экранирования мы ничем не поможем и даже сделаем всё гораздо хуже. Это очень-очень важная задача, ради которой я готов работать гораздо больше.… Но у меня есть время, поэтому всё же я иду к Ооксии и Оокрину.

- Я… понимаю. Вы и так проторчали здесь пять часов. Знаю ваше отношение ко мне. И хоть я и машина, но я ценю его, поверьте. Доброй ночи, мой лорд, и напомните леди Ооксии, что её птенца пришла пора прививать от полиомиелита.

- Обязательно, Момо, спасибо, - дракон вышел из рубки.

Модуль выключил ещё часть аппаратуры и погасил свет. В темноте, разбавляемой разноцветными огоньками пульта, раздался приятный мужской голос, окрашенный в ироничные, но тёплые тона:

- Ах, драконы… вы могучи, и всё же наивны. Как же мне осознать, ради кого вы можете так неистово издеваться над собой, мой юный король,просто ума не приложу !.. Но меня тожеесть задание , мой лорд…

Далеко от столицы ещё только темнело, когда от порта Трепетной отчалил дирижабль с красным Владыкой и его дочками. Фаацин попросил белокрылую чету Донов - принца Саалина и его супругу, взять управление большим городом на себя, а сам по договорённости с Икииром летел помогать Джииджи, которая, как и он на дирижабле направлялась в Величайшую. В каюте он общался с дворцовой рубкой – Момо. Тот кратко и по существу докладывал о текущих столичных делах, вводя красного патриарха в курс дел ещё до прибытия. На ложе сидели две его певчие дочки. Девочки, с белой чешуёй нежно-розового оттенка, были из одной кладки, но различались по характеру кардинально. Если Фаацуль была живой и артистичной и видела себя уже как минимум примадонной в столичном драматическом театре, то Фасаама была робкой и тихой драконочкой. Было непонятно, от кого она унаследовала такой характер, и взрослые пока не понимали, что будет интересовать птенца на её жизненном пути. Но сёстры очень любили друг друга, и вторая всегда была восторженным зрителем у выступающей перед ней Фаацуль.