- Козма!

Донельзя изумлённый Веев-Овати свалился мешком в траву запутавшись в собственных ногах, роняя свою булаву воеводы. Его сознание было ясным, но тело ниже головы совершенно не слушалось. Гвардеец, сложив крылья, подошёл к капитану и символично коснулся загоревшимся холодным фиолетовым цветом краем щита шеи дракона.

- Я повержен, мой княже. Этот бой был честью для меня, - возможность говорить Веев не утратил. Скоонджа сложив и повесив на пояс щит, торжественно поклонился распростёртому лесному воителю, чувствуя дикий радостный настрой его дочери что, забыв о собственном серьёзном недомогании после суровой трёпки заданной ей матриархом, затаив дыхание следила за сечей. Чёрный дракон аккуратно поднял пернатого самца и устроил у себя на ногах. Положив когтистую ладонь на его шею, он успокоил дыхание и снова сосредоточился, прикрыв свои янтарные глаза. Через несколько ударов сердца всё тело капитана немного передернуло, и глава стражи снова обрёл способность двигаться. Лесной дракон встал и, подняв свою булаву, принялся разминать все свои члены, изгоняя из них остатки магической немоты.

- Я бы справилась лучше, отец, - с энтузиазмом фыркала Трииг. Тот крайне холодно посмотрел на дочь, памятуя о её недавней авантюре, которая легко могла стоить жизни ей самой и изгнанием всего их многочисленного семейства с родных мест. Но эта самка всё же нравилась чёрному князю. Трииг не была похожа на местных женщин. У неё была шикарная атлетическая фигура, как и собственный отец, она заботилась о своей физической форме. Местные женщины были более изящными и гладкими. Трииг же выделялась рельефной мускулатурой и эффектными формами. У неё был властный характер и независимое суждение обо всём. Природный ум и воля подстёгивали её знать больше остальных. И она умела заставлять других делать то, что ей было необходимо. Сильная и независимая дракона, которую даже мнение отца не сильно интересовало. Что и делало её глубоко несчастной. Ни один местный самец в здравом уме не желал себе подобной супруги. Ей было уже почти две тысячи лет, а птенцов у неё не было.

- Ловлю на слове доона Трииг. Я сражусь с вами. Но у меня есть условие, - улыбнулся самке Скоонджа.

- Я вся во внимании, мой князь, - сладко улыбнулась потрёпанная самка, полушутя-полусерьёзно стреляя взглядом своих немного прищуренных карих глаз.

- Сейчас ты выглядишь как будто на тебя сел башнезверь, - сообщил ей чёрный дракон, фыркая, - поэтому сначала ты дашь мне хотя бы три дня, а лучше – неделю, чтобы я привёл тебя в относительный порядок. Я буду прилетать утром и вечером, пичкать тебя препаратами, что у меня с собой и массировать целиком. А сейчас в тебе молочной кислоты, аммиака и прочих постшоковых приблуд столько, что ты даже с трухлявым пнём не справишься.