— Не совсем так, — не согласился я. — Позже. Когда ленточку перережем при повторном открытии завода. Мотивация тебе, чтобы ускорить процесс. Я тебя знаю, ты способен сделать за пару месяцев то, что другие ковыряют по пять лет. Но ты не волнуйся, документы по тебе надёжно спрятаны.

Я кивнул в сторону озера Камколь.

Макс проследил за моим взглядом. Вода блестела, храня свои тайны.

— Там? — спросил он.

— Ага. На дне. В таком месте, куда добраться могу только я.

— А его спускают?

— Это не пруд, это озеро. Нет, не спускают.

— Ладно. Чёрт с тобой. Слушай, ты упоминал, что у тебя тут обитают бомжи или какие-то странные типы, и я считаю, что это твоя проблема. Проектировщиков пришлю скоро, но они могут работать и при посторонних. А вот когда строительные работы начнутся, тут требования жесткие: закрытая территория, ЧОП, никаких посторонних.

— Согласен, это моя проблема и я её решу. А ты не жди весны, — возразил я. — Тут климат мягкий, тепло даже зимой будет, я как смогу, поспособствую. Минусов в Краснодарском крае особых не бывает, большую часть зимы даже бетонные работы делать можно. А остальные даже и при снежке. Демонтаж, расчистка, кровля. Не теряй время. Сам же заинтересован, верно?

— Это потому, что ты мне руки выкрутил.

— Это бизнес, причём выгодный.

— Ладно, договорились.

— Да, ещё одно условие, — вспомнил я. — Видишь вон тот обелиск, что в центре стоит?

— Ага. Снести надо?

— Наоборот. Надо будет его не трогать. Вписать в новый облик. Там орден какой-то, которым завод награжден ещё при Союзе за достижения в области трудовой деятельности.

Макс хмыкнул:

— Традиции, да? Да как скажешь. Сейчас это модная тема — писать, что предприятию стопятьсот лет, «основано в 19… году» и так далее. Я не против. Пни проектировщиков, чтобы не забыли вписать твой орден в концепт. Мы его украсим, отреставрируем, подсветку сделаем. Будет со ссылкой на славное прошлое и традиции. Тоже своего рода бренд. Сейчас такой и за деньги не купишь.

Он протянул руку:

— По рукам, Водяной?

Я пожал его ладонь. Сухая, горячая, энергичная рука бизнесмена.

— По рукам, Макс.

Бобр развернулся, пружинистой походкой дошёл до своего «Форда», запрыгнул внутрь. Мощный двигатель рявкнул, подняв облако пыли, и чёрный джип рванул, увозя в Москву планы по превращению моих руин в золотую жилу.

Я остался стоять, глядя на озеро. Вода успокаивала. Она смывала лишние эмоции, оставляя только суть. Завод оживёт. Земля оживёт. Завод очень важная часть общей картины.

Пыль от «Форда» медленно оседала на разбитые бетонные плиты, покрывая их ещё одним слоем серости. Тишина вернулась, но теперь она была другой. Не мёртвой, как на кладбище, а скорее выжидающей. Словно завод был огромным зверем, который двадцать с лишним лет притворялся спящим, а теперь приоткрыл один глаз и ждёт следующего движения.