«Девушка… она не твоя, — в мой мозг ворвалась чужая холодная мысль. —Ей не место здесь. Не место в мире живых. Она моя! Я заберу её. Я позабочусь о ней».
Глава 21 Память
Я не совсем понимал, что он имел в виду под «позабочусь» и сама по себе постановка вопроса меня удивляла. Не так я представлял себе разговор с опаснейшим существом.
«Кому ты подчиняешься? Кто твой хозяин?».
«У меня есть долг! Отдай девушку и я тебя не трону».
Не особенно конструктивно.
Но одно было ясно: Пёс, если оставить его в живых, был опасен. Он был угрозой для Вилены, для меня, а в потенциале и для любого жителя Колдухина.
Я собирался изгнать его обратно в мир мёртвых Навь. А знал я только один способ отправки туда.
Есть, насколько мне известно, три мира: Явь — это реальный мир, где я живу и другие двоедушники всю жизнь вместе с людьми, есть мир Навь, он же мир Мёртвых. Есть ещё мир Правь, по слухам, которые невозможно проверить. Это мир богов и светлых существ. Богов я не видел и насколько такой мир реален, я не знал, за тысячу лет слышал много легенд, но не видел его даже краешком.
А вот тварей из мира Навь, бесов и демонических гадов, встречал.
И пора бы сделать в моём мире на одного такого меньше.
Я уже готовился нанести последний удар, собрав остатки воды, разлитой по полу, чтобы покончить с ним навсегда.
В этот момент створки ворот склада распахнулись. В проёме стояла Василиса, её брови были сдвинуты вместе, лицо напряжено, а глаза блестели решительностью и гневом.
Она осмотрела поле боя — полуразгромленный ДК с подпалинами и потоками воды. От неё не укрылись и мы трое, участники этой баталии.
Вилена — безмолвная, без сознания, лежащая у стены, как забытая кукла. Хотя магией Мегалита я уже проверил её, знал, что с ней всё хорошо.
Второй участник событий — Чёрный Пёс, который сейчас вяло дышал, сидя на полу. Теперь он мало напоминал ночные кошмары и в настоящий момент не представлял угрозы.
Третий — я, Вадим Купалов, единственный на ногах, но согнувшийся пополам от напряжения, в пострадавшей от огня куртке, с частично сгоревшими волосами (о, мои дреды!) и руками, которые дрожали от перенапряжения.
Моя связь с Мегалитом и стихией воды позволяли мне держаться, однако драка утомила меня, истощила до последней капли.
— Не вздумай тронуть его, Вадим. Даже не пытайся его убить!
— Что? Василиса… — выдохнул я, пытаясь сфокусировать взгляд на девушке.
Она прошла через весь ДК и стала между мной и Псом, прикрывая его собой, словно он был не трёхсоткилограммовым монстром мира Мёртвых, а раненым котёнком.
— Ты… ты что, с ума сошла? — возмутился я. — Это враг! Дело даже не в том, что он только что чуть не убил меня… Он монстр. Как прикажешь тебя понимать, Василиса?