— А разве это не обязанность Павла Семёновича? — слабо запротестовал я. — Там «Амбар-драйв» концерт готовит, песни, шарики.

— Вадим! — строго посмотрел на меня Давлет. — Ты прежде всего мужчина! Не рассчитывай, что кто-то другой за тебя твой неоплатный долг отдаст. Даже не думай. Семёныч, он мужик хороший, но надежды на него, как на горчичник при ковиде. Поэтому…

— Понял, понял, в семь утра под парами у Вас в медпункте.

— Молодец.

* * *

Василису завалило работой, но вечером она обещала быть. И дело вовсе не в том, что на ужин нас ждала запечённая утка и наконец-то должен был состояться спокойный, размеренный вечер.

Нет.

Дело в том, что мы планировали провести следственный эксперимент по выявлению навок, для чего нужно было уговорить и загнать Руслана в воду.

Но теперь у меня нарисовалось ещё одно дело, связанное с желанием Гайка заработать на рынке колдухинской недвижимости.

Руслан как раз закрывал пункт выдачи Wildberries.

Есть такое выражение «раненый, но живой». В случае с Русланом это звучало как «уставший, но счастливый». Надо полагать, счастлив он был оттого, что рабочий день на сегодня закончился. Сияя искренней и обаятельной улыбкой, он плюхнулся на пассажирское сиденье и стал возиться с ремнём безопасности.

Василиса ещё не освободилась, поэтому в машине я сидел один. Я несколько раз огляделся, но не увидел ни Гайка, ни его автомобиля.

— Руслан, не в курсе, твой непоседливый босс опаздывает или передумал?

— Ты про вашу встречу, о которой он говорил?

— Ну да.

— Он сказал, что вы должны пересечься прямо на месте.

— Да? Не помню, чтобы мы это обговаривали, ну да ладно. Поехали, посмотрим, что там за дом.

Через несколько минут, благо посёлок у нас небольшой, мы и правда оказались у «того самого дома».

Высокий дощатый забор, выкрашенный в синий цвет, покосился, а калитка намертво вросла в землю. Во дворе сорняк, сквозь старый прошлогодний сухостой уверенно пробивалась нахальная свежая поросль. Настоящие джунгли.

Гайк действительно ждал нас тут. В этот самый момент он кряхтел во дворе, пытаясь выковырять гвозди из досок, которыми была заколочена входная дверь.

— Она открывается вовнутрь, — на ухо шепнул мне Руслан.

— И чё?

— Через плечо. Вадим, я к тому, что доски не надо отрывать, достаточно просто пнуть.

— А-а-а… Намёк понял.

Я прошёл через двор, отстранил Гайка и без лишних затей с силой пнул дверь. Гвозди с хрустом вырвало из дерева, доски отвалились, и дверь распахнулась.

Словно делегация проверяющих из Москвы, мы вошли в дом. Внутри было сыро, неуютно, темно, электричество отсутствовало и отчётливо пахло мышами.