— Кхе. Да что Вы говорите!
— То и говорю! Вы можете сколько угодно игнорировать очевидное. Но этот дом! Вы знаете, кто тут жил до Вас?
— Ну… Прошлый почтальон, звали его Стёпка, то есть, Степан.
— Нет! Это в первую очередь жертва Водяного! Монстр утопил его, как котёнка!
— Сейчас вот было слегка обидно, — тихо проворчал я.
— Что?
— Я говорю, с чего Вы это взяли? — набычился я, хотя при этом всё равно налил ему чая и даже кинул в чашку пару кубиков сахара.
— Нужно тщательно изучать историю. За последние тринадцать лет девять случаев утопления. Вы спросите у местных, спросите! Они не купаются в озере, потому что оно якобы проклято. Но проклятие — это антинаучное понятие. Истинно говорю Вам, там водится полуразумный монстр, которого в отечественной культуре принято называть Водяной. Он как снежный человек, только тот водится в горах, а этот — в толще воды! И Степана Андреевича, который жил в этом доме, он намеренно утопил.
— Так Стёпка же бухал, — простодушно возразил я.- Пошёл пьяный купаться, вот и утонул.
— Да? — сощурился профессор. — А Вы ему что, наливали? Откуда Вы знаете? Он же один жил, так с чего Вы взяли? А его, между прочим, целенаправленно терроризировал монстр. Может быть, стоит даже говорить о таком понятии, как жертвоприношение. Может быть у него в центре озера, под водой, капище?
— Ага, сразу справа от Атлантиды, — скептически ответил я. — Вы мне лучше скажите, зачем Вы в воду полезли?
— Ну… — стушевался он. — Это не вполне осознанный выбор, я просто ходил по берегу и делал записи. Кажется, я обронил телефон. А! Утопил? Водяной забрал мой телефон⁈ Там же были неопровержимые дока…
Я молча подал ему телефон и даже включил запись.
— Слышите, он разговаривал со мной детскими голосами, звал меня!
— На записи только ваш голос, — осадил его я. — А телефон валялся на берегу. Я его подобрал. Могу я Вас попросить, больше не подходить к берегу?
— Боитесь, что Водяной повторит попытку меня утопить?
— Платон Аркадьевич, я там в воде только Вас видел. И я боюсь, что в следующем Вашем купании меня рядом не будет. Ещё раз. Вы мне обещаете? Не ближе двадцати метров от берега? А ещё лучше вообще не подходите? Ну хотя бы давайте дождёмся лета и по тёплому при свете дня проверим, а?
Профессор уткнулся в кружку, обдумывая мои слова.
Глава 3 Почему же нет пляжа?
В прошлой жизни был у меня приятель Коля. Человек он был парадоксальный: запойный чтец, ворчун и убеждённый холостяк. Но была у него одна удивительная черта — из любой поездки он непременно привозил всем сувениры.
В какой-то момент до меня дошло: люди прощали Коле любые закидоны. А всё потому, что он никогда не забывал поздравить с днём рождения, без напоминания приходил с апельсинами в больницу и дарил эти свои магнитики-кружечки. Забота — универсальная валюта, а люди просто любят, когда о них помнят.