В какой-то момент раздалось едва слышное, похожее на змеиное шипение, и магия пробила грунт. Энергия скользнула между камней, въелась в склон, заставляя грунт расступаться и перемещаться с такой лёгкостью, словно законы гравитации на него больше не действовали.

Что именно происходило в глубине склона, мы уже не видели, так как стояли на своих местах. Василиса и вовсе стояла с закрытыми глазами, судя по всему, она воспринимала происходящее исключительно через сенсорику своих энергетических линий, заменивших ей обычное зрение.

Холмик на наших глазах зашевелился словно живой, как будто внутри просыпался огромный Голем. Грунт и камни перестраивались до тех пор, пока не образовали почти вертикальную плоскость. В её центре зиял абсолютно круглый вход, эдакая нора хоббита, вот только габариты были куда внушительнее, не меньше трёх с половиной метров в диаметре.

Поверхность склона, обрамляющая новоявленный вход, на глазах начала уплотняться. Мутная, неприглядная серость навийского камня отступала, сменяясь глубокими, изумительно чистыми оттенками синего и фиолетового. Порода буквально кристаллизовалась, превращая эту часть унылого берега Смородины в нечто инопланетное и величественное.

Внутри холма, там, куда вела образовавшаяся арка, шли не менее масштабные процессы. Внезапно вершину возвышенности прорезал острый, как средневековое копьё, каменный шип. За ним вырвался ещё один, и ещё, и ещё. Целый ряд пик вырос из-под земли, выстроившись в агрессивный гребень, уходящий от входа вдаль. Первые зубцы вначале достигали метра в высоту, стоя на приличном расстоянии друг от друга, но они росли и росли, пока не вымахали в пятиметровые острия. Затем их высота пошла на спад, пока гребень окончательно не сравнялся с ландшафтом. В отличие от фиолетового фасада, эти пики отливали рубиново-алым цветом.

Сам холм тем временем покрывался правильными шестиугольными пластинами, напоминая панцирь исполинской рептилии. Степень кристаллизации была феноменальной, эти идеальные, угловатые грани казались полупрозрачными, преломляя тусклый свет изнанки мира.

— То есть, делать тайное убежище мы не планировали в принципе? — скептически заметил Руслан. Он выразительно обвёл выпученными глазами сверкающий рубинами и сапфирами архитектурный шедевр, который теперь было видно за версту.

— Ну, все претензии к дизайнеру, — я махнул в сторону Василисы, которая, не открывая глаз, продолжала руководить скрытыми процессами магии и никуда не спешила.

Ритуал продлился не меньше пятнадцати минут. Когда последняя искра энергии угасла, она без сил опустилась на камни.