— Во-первых, если это не очевидно, сообщаю уважаемому следствия, что я двоедушник.

— Да, коллега мне говорил. А почему сразу не сказал?

— Ну, к делу это отношения не имеет, а по древнему правилу мы не можем болтать всем подряд, за такое можно и на костёр угодить.

— Мы давно уже никого не сжигаем, времена не те. И да, мы уполномочены, если уж на то пошло, — отмахнулся Яков Лаврович. — Ладно, пропустим пока что. Так почему не по центральной, не по Краснопартизанской, а?

— Я двоедушник, а конкретно — водяной, меня тянет в воде, это что-то вроде инстинкта. Да и дороги я не знал. В общем, я катился себе, катился, красотами любовался, никого не трогал. И тут меня в этой сельской идиллии подрезал джип. Из него выскочил этот ублюдок… ну, новый русский, Шарпей ваш. Начал орать, что я ему дорогу не уступил, хотел протаранить меня, переехать своим тарантасом марки Лэнд Крузер. Урод, короче. А потом… потом, достал пистолет! И выстрелил.

— И что же Вы сделали, гражданин Купалов? — с лёгкой иронией спросил Денис.

— А что я, рыжий? Или что я, лысый?

— Успокойся, Вадим Иванович, мы видим, что ты с дредами, — мирно ответил Шпренгер, — Не лысый, не рыжий, и если у тебя проблемы с наркотиками, подскажем отличный рехаб.

— Я не наркоман! Короче, я выстрелил в него.

— А Вы умеете, гражданин Купалов? — спросил Денис.

— Да. Я же в армии служил, а в Великую Отечественную Войну — воевал.

— Этого в Вашем досье нет, там данные только по текущей судьбе и жизни. Не хотите рассказать про прошлое?

— Там я был кристально чист. Да это и не важно. В общем, я выстрелил и даже вроде бы попал в него. Хорошо хоть, по счастью, у него бронежилет был, как потом выяснилось. Но от удара, этот пижон упал и башкой ударился. Наверное, тогда он сознание и потерял.

— Очень интересно, — включился Шпренгер. — А давай мы с тобой на полшажка назад вернёмся в твоём преисполненном трагизма повествовании. И откуда же, позволь полюбопытствовать, у будущего (на тот момент) простого почтальона, пистолет? И где он сейчас?

— Пистолет я потом в озеро бросил, на берегу около своего дома.

— Координаты давай.

— Просто в конце огорода.

— Не увиливайте от ответа, гражданин Купалов, — настаивал Денис. — Изначально он откуда?

— Я его нашёл. Представляете, чудо какое? Просто нашёл на дорожке в Колдухине, как раз перед этим и как раз вёз его сдавать в полицию. Вот! — я достал из кармана сложенный вчетверо листок бумаги. — Заявление о добровольной сдаче оружия. В тот момент написал.

Шпренгер взял заявление, без интереса пробежал его глазами и усмехнулся.