Я ничего не сказал.

— Ладно, командир, — произнёс он. — Историю вы, может, и спасёте. А вот себя — вряд ли.

Связь оборвалась. Я ещё несколько секунд смотрел на погасший канал, потом перевёл взгляд на тактический стол.

Катер уже стоял на поверхности, на отдельной площадке вне лагерей. Небольшой, старый, переделанный под атмосферный и орбитальный подъём. На его борту были те самые сто семьдесят девять человек — старое ядро колонии, свидетели, носители знаний, те, кто помнил слишком много и понимал слишком хорошо.

Для экипажа «Разрушителя» это была эвакуация пленных. Для меня — последний незакрытый хвост.

— Искин.

— Слушаю, командир.

— Подтверди состояние поверхности.

— Население переведено в лагеря. Все ключевые объекты инфраструктуры промаркированы для орбитального удара. Вероятность сохранения скрытых архивов — менее двух процентов. Дополнительная проверка завершена.

— Начать фазу финальной зачистки.

— Подтвердите приказ.

Я посмотрел на планету. На материках светились сетки старых городов. Тонкие линии дорог. Узлы энергетики. Купола, поля, станции, фермы. Целая цивилизация, которую пришлось сначала сломать изнутри, а теперь предстояло добить снаружи.

— Подтверждаю, — сказал я. — Орбитальные удары начать.

— Выполняю.

На боевой схеме сразу ожили контуры наведения. Кира, Рома и Заг в этот момент уже находились на своих постах. Для них начиналась обычная военная операция — окончательная ликвидация опасной колонии после эвакуации ограниченного числа пленных и изъятия нужных технологий. Грязно, но понятно. Без лишних вопросов. Да и решение принимали не они, с моральной точки зрения они оправдывали себя тем, что выполняли приказ. Мой приказ. Не подчинится они не могли, а значит и совесть их чиста, по крайней мере они себя так успокаивали. Это я сейчас на их глазах убивал несколько тысяч человек, пусть и для того, чтобы спасти миллиарды, я был убийцей, а не они…

Первый залп главного калибра «Разрушителя» ушёл к планете. На голограмме вспыхнули три белые отметки, и через секунду поверхность планеты озарили три глухих огненных цветка. Промышленные комплексы, способные снова вернуть людей в космос, исчезли первыми. Потом пошли энергоузлы. Затем — архивные центры. Потом заводы, генетические хранилища, транспортные узлы, станции очистки, склады синтетики, исследовательские комплексы, фермы.

Удары были точечными. Не ковровое выжигание, не истерика. Хирургия с орбиты. Каждый выстрел убивал не людей, а возможность быстро вернуть цивилизованный мир обратно.

В этот момент с поверхности стартовал катер. Метка отделилась от планеты и пошла вверх по траектории сближения. Я смотрел на неё молча.