— Что ты знаешь о Хранителях? — неожиданно поинтересовался парень.
— Не очень много. Ариндал, кажется, один из них. Именно поэтому он значительно сильнее Ирши, хотя они оба — высшие элементали.
— Сарс, который когда-то отдал свою сущность, чтобы спасти мне жизнь, тоже был Хранителем. И эта его роль перешла мне по наследству. Вот почему сильды считают, что я должен покинуть архан и остаться с ними.
— Как… как такое произошло? Небеса, сильд, который был в рабстве у нашего народа, являлся существом, сопоставимым с Ариндалом?
Хорм был единственным, кто знал о том, кем на самом деле был тот элементаль, что пожертвовал собой ради Зиргрина. Архан сам ему рассказал.
— Не совсем. Сарс когда-то был проклят за то, что почти убил Морского бога, из-за чего потерял почти все свои силы. Ариндал мне многое объяснил. Когда будет возможность — я все запишу.
— Но… почему же он выбрал тебя?
— Потому что я Проклятый богами, Хорм. И, как Хранитель, Сарс это увидел. Ему показалось, что я — самый подходящий наследник, так что он связал меня кровной клятвой и сделал то, что сделал.
— Что? — этот вопрос был задан шепотом. Хорм смотрел на своего воспитанника широко открытыми глазами, не желая верить в то, что слышал. — Но как ты можешь быть Проклятым? На тебе ведь точно не было печати…
— Она была, — спокойно ответил Зиргрин. — Но я и сам до последнего не знал, где. Поставивший печать бог сделал ее скрытой.
— Ты помнишь прошлую жизнь?
— Да.
— Но почему не говорил никогда об этом?
— Чтобы на меня все смотрели, как на тварь болотную?
— О, Ирша… Она знает?
— Знает.
Хорм, словно истукан стоявший перед сидевшим в кресле парнем, сжал покрытый латной перчаткой кулак. Если богиня приняла его, то он не должен быть моральным уродом, как другие Проклятые. Да и не похож Зиргрин на такого. Даже несмотря на то, что с ним сделали в прошлом.
— Что… Какой твой грех?
— Самоубийство, — тихо ответил парень, впервые опустив глаза.
— И все? Просто самоубийство?!
— Иронично, но оказалось, что даже кровавый тиран заслуживает новой жизни. А вот самоубийца — нет.
— Тогда становится понятно, почему на тебе сошлось столько событий этого мира.
— Я — как магнит для неприятностей. Но знаешь, сейчас у меня нет сожалений.
— Это нужно скрыть от остальных любой ценой, — определился со своими чувствами Хорм. — Мне все равно, что ты Проклятый, но другим…
— Неважно. Ты же понимаешь, что из меня плохой князь. Как только Зангер подрастет, я отрекусь от венца в его пользу.
— Зиргрин, что же ты делаешь? Твой покойный отец не перенес бы, услышь он твои слова…