Зиргрин, слушая Урташа, только крепче сжимал челюсти. Все это снова сводилось к проклятой подчиняющей формации. Бог не мог никому доверять, но под действием заклятья у парня не будет выбора, кроме как верно стеречь свою хозяйку.
Архан ничего не ответил, лишь еще сильнее склонившись перед богом. Он молчаливо принял свою судьбу с самого начала. Не было никакого значения в том, кого именно и почему ему придется защищать.
— Заклинание на тебе искажено. Я изменю структуру, вернув его к первоначальному виду, чтобы тебе не пришлось снова оказаться в ситуации, когда ты беспомощен без приказа. Благодаря маскирующему артефакту ты можешь не удалять себе хвост раз за разом, для этого просто пребывая в форме человека.
— Потом, когда все закончится, можешь ли ты убрать формацию? — со вспыхнувшей надеждой спросил Зиргрин.
— Могу. Но не буду. Это плохо на тебе скажется. Да и ты сам способен решить проблему. Все, что нужно — это закончить принятый тобой от Раирига заказ.
Архан немного расслабился. Бог дал ему подсказку. В Легорее действительно есть способ избавиться от формации! Осталось только лишь убить Иллит. Всего-навсего…
Поскольку Зиргрин не возражал, его тело окутал жар, который буквально впился в кожу острыми разъедающими плоть иглами. Совокупность ощущений была под стать силе Хаоса — слишком многое было намешано в этой энергии. Он стойко вытерпел боль во время исправления формации на своем теле.
— Готово. Осталась только сама клятва, — произнес Урташ, смотря на стоявшего перед ним на одном колене профессионального телохранителя. — Перед тем, как начнем, я хочу попросить тебя отдать полученный тобой от демонического герцога артефакт. В этом мире, конечно, у тебя недостаточно подконтрольных духов, чтобы с их помощью противостоять заклятью и использовать данный предмет, но я не могу рисковать. Надеюсь, ты понимаешь меня. Через год сможешь забрать его обратно.
Зиргрин с неохотой достал тонкую пластину. Это было его последнее средство вернуть себе свободу в случае непредвиденных обстоятельств. Меньше всего ему хотелось отдавать ее, но дороги назад больше не было. Когда он протянул артефакт, его рука едва заметно дрогнула. С каждой минутой парень ощущал, как на него все сильнее накатывал ужас. Вставая на колени перед Ренаном, он еще не до конца понимал, что это такое. Сейчас же, осознавая все, было в десять раз сложнее решиться на такой поступок.
Урташ быстро забрал артефакт, после чего к нему подошла Катя, до того спокойно ожидавшая в стороне. Девушка не была в восторге от происходящего. Она ощущала страдания, через которые проходил Зиргрин в этот момент. Будучи очень доброй и сострадательной, Катя не могла не почувствовать жалость. Но в данном случае она отвечала не только за свою жизнь, но и за жизнь еще не родившегося ребенка. Именно поэтому девушка решилась на такой ужасный поступок, как превращение разумного в своего магического раба. Все то время, которое он будет находиться рядом с ней, она будет ощущать его мучения. Это была цена, которую ей придется оплатить. Даже Урташ не знал, насколько острая эмпатия у Души Мира.