— Взамен?
— Взамен ты будешь служить мне в смертных мирах. После того, как через меня Упорядоченное заполучило связь с Хаосом, тварям из моего мира стало легче проникать в материальные миры. Пытаться контролировать их всех для меня все равно, что коту контролировать собственных блох. Конечно, на пути тварей Хаоса стоят ангельские и демонические миры, но иногда особенно сообразительные умудряются проникнуть сквозь защиту в физический мир и вселиться в нерожденный плод, тем самым обзаводясь материальными оболочками. С этого момента я уже не могу без последствий вмешаться и насильно вернуть беглеца. После рождения тварь не отличается от остальных смертных и пользуется защитой Упорядоченного, чтобы противостоять даже сильнейшим духам. Как правило, они становятся довольно могучими магами, даже если в мире нет магических потоков. Конечно, со слабыми тварями справляются наши последователи, но иногда в материальные миры попадают твари из глубин Хаоса. И тогда обычные жрецы и последователи ничего не могут поделать. Мне приходится лично приходить за такими беглецами, что причиняет давшим им прибежище мирам непоправимый ущерб. Однако если их не удалять, то твари в человеческой или иной оболочке просто уничтожат планету. В конце концов, разрушение — это их инстинкт. Но если в материальных мирах у меня будет такой убийца, как ты, все станет гораздо проще. Все, чего я хочу — это твою готовность ответить на мой призыв, когда переродишься и восстановишь навыки. Перемещать к нужному миру и обратно я буду тебя лично. Но если ты обзаведешься в других мирах подконтрольными духами, то и сам сможешь перемещаться, используя их. Это большое преимущество.
— Значит, я должен снова стать цепным псом на чьей-то службе? И это уже не временно, это навсегда?
— Тебе это не нравится, но что, если я буду платить тебе за каждый такой призыв? В конце концов, действительно сильные твари пробираются в Упорядоченное не так уж часто. К тому же, ты в любой момент сможешь обратиться ко мне, и я тебе всегда отвечу.
Зиргрин смотрел на довольную рожу бога Хаоса, в очередной раз ощутив желание двинуть ему прямо в белоснежную улыбку. Урташ не сомневался в том, что выберет парень. И архана больше всего злило то, что он был совершенно прав. Все остальные варианты были озвучены лишь ради создания иллюзии выбора. На самом деле Урташ, скорее всего, уже давно готовился к этому разговору. Он хорошо понимал сердце своего подчиненного, так что без проблем предсказывал действия королевской тени.
— Мне нужно позаботиться о нескольких вещах… перед смертью.