— Сейчас поищу, — кивнул директор и убежал.

Автобус приехал раньше, чем вернулся дрэк, и мы начали погрузку, которой руководил Леонид Эдуардович. Пустые бочки и бидоны положили на сиденья, по две пары передних с обеих сторон оставив свободными, и сверху нагромоздили палатки, а казаны и дрова затолкали в проход.

Директор вернулся не сразу, дерганный и злой, в руках у него был не брезент, а несколько мешков, он потряс ими и недовольно проворчал:

— Это все что есть. Надо где-то искать брезент, потому что я только сейчас понял, как нужна волокуша.

Гаечка подняла руку и сказала, когда все посмотрели на нее:

— Принесите нам цыганскую иголку и толстые-претолстые нитки, и еще — ножницы. Мы разрежем мешки и сошьем друг с другом, получится большое такое полотно.

— Молодец, Саша! — оценил ее придумку Леонид Эдуардович. — Какая ты находчивая!

Тяжело вздохнув, дрэк убежал искать ножницы, нитки и иголку. Видно было, что он выдохся, не рассчитал силы, а значит, может переутомиться и слечь. Эта поездка — для нас приключение и отдых, а для него — ответственная организационная работа.

— Вот вам и первая заминка, — сказал я.

— Будем надеяться, что последняя, — подхватил Илья.

Памфилов сыронизировал:

— Это жертва богу невезения, пусть она будет последней, а то как вспомню открытие магазина, так вздрогну. Как мы выжили вообще?

Да, открытие было знатным, зато результат превзошел ожидания и доход всех следующих дней. Этот павильон приносил мне двадцать пять-сорок тысяч рублей чистыми в день, что не сверхприбыль, но вполне неплохо.

Вероника, которая вообще не верила в успех, была счастлива.

Наша с Гайде платная поликлиника тоже выходила в плюс, правда, черепашьим шагом. Ею занималась Гайде Синаверовна, я не вникал толком. Приносила поликлиника мне около восьмидесяти тысяч, если не считать расходы на аренду и все то, что тратила Гайде, и я пускал эти копейки на развитие. Еще замаячил субарендатор — стоматолог со своим оборудованием, ему Гайде обещала сдать кабинет за пятьдесят тысяч, что частично покроет арендную плату, которая выросла до восьмидесяти тысяч, и плату за свет, воду и расходники в виде хлорки, бинта, ваты, чем он тоже будет пользоваться.

Каналья полностью взял постройку ангаров для мастерской в свои руки, той стройки я вообще не касался, только деньги отстегивал, когда Алексею не хватало. В общем, дела понемногу двигались, и можно было передохнуть перед затяжным нырком в неизвестность.

Даже если что-то пойдет наперекосяк, нестрашно. Преодолевать такие трудности детям будет интересно. Только бы не убились они и не утопились!