Дед явился в полседьмого. После сдачи крови он уже совсем отошел, его щеки порозовели.
— Как отец? — спросил я.
— В палату к нему не ходил, — ответил дед. — Да и не рад он мне будет, зачем его волновать? Но так-то получше.
— А Русак что?
Дед пожал плечами и взглядом указал на маму, я догадался, что он по пути на тренировку все расскажет, а сейчас боится ее травмировать. Наверное, дело связано с Лялиной, при упоминании которой ее начинает трясти от злости.
— Неделю точно Раму лежать. Потом неизвестно сколько восстанавливаться. Русак на задних лапках скачет, всех облизывает и чуть ли кофе не наливает.
— Прудников хотел его посадить, — напомнил я. — Вообще ему не место в больнице. Это слыханно — вымогать деньги за ИВЛ. Ведь не факт, что отец был в коме не по его милости.
— Увы, это недоказуемо. Но я с тобой согласен. Люди всегда благодарят за добро, а вымогать, отбирая последнее… — Он усмехнулся и сказал: — Как про нас говорили: последнее даже мент не забирает.
— Так что, этот врач так и продолжит заниматься медицинским рэкетом? — спросила мама.
Дед развел руками, но мне показалось, он что-то недоговаривает. Взяло зло. Но что я могу? Или могу? Надо подумать, вдруг смещение Русака подвинет время на таймере?
— Ну что, падаваны, готовы? — выдал креатив дед, с которым мы недавно смотрели «Звездные войны».
— Всегда готовы! — воскликнул Борис, у которого появилась причина бросить рисовать свои штрихи.
За неделю дед неплохо нас натаскал, я взял на заметку много нового из его системы единоборств.
Глава 24 Газуй!
Сегодня в обед я должен принимать работу Канальи. Надеюсь, всего хватило, мой мопед готов, и больше не надо будет по два часа тратить на ожидание автобуса.
Но перед тем, как осуществить задумку, мне надо подготовить маленьких бойцов к выходу в свет, потому что, если Светка и Иван приступят к работе в том виде, в каком побираются, ничего у них не получится. Им надо вымыться. В идеале загнать бы их в детскую поликлинику и проверить на вшей и чесотку, при необходимости провести обработку. Пожалуй, этим я и займусь сегодня с утра.
Рыская по рынку в поисках своих знакомых, глядя, как раскладывают товар оптовики, я все яснее понимал, что в моем плане много белых пятен. Самое большое — кукуруза на рынке так и не появилась. А что, если сторож на кукурузном поле все-таки обнаружится и откажется продавать початки, прогонит меня? Придется затаиться и надергать хоть сколько. И неплохо бы, чтобы за мопедом кто-то присматривал.
А еще надо будет малышей подстраховать, чтобы деньги у них не отняли бродяжки постарше.