Но собеседник не обиделся на дерзость гостя, даже наоборот.

— Смутное время было, — как бы извиняясь проговорил он, отодвигая куколь со лба, и посмотрел на Антона спокойным проницательным взглядом серых глаз. — Старый покровитель и правда все больше спал. Вот и проспал китайцев. Он ушел теперь. А мне пришлось заменить его, — стране без порядка нельзя.

— Конечно, нельзя, — кивнул Антон, наклоняясь вперед.

— На-ка вот, поешь, — собеседник выкатил палкой запекшуюся картофелину из углей, взял в руку и протянул Антону, — проголодался небось, пока с того света летел.

Гризов осторожно взял запекшийся клубень, отковырял ногтем подгорелую кожицу и, отломив ароматный кусочек картошки, осторожно положил в рот. Подержал немного на языке раскаленную еду, посмаковав, и лишь потом проглотил.

— Благодарствую, — проговорил он, доев клубень. И откинулся назад, вновь прислонившись спиной к дереву. Так было удобнее.

— Заправляйся, — посоветовал собеседник, и сам вкусив запечённой картошки, — тебе сейчас силы нужны будут.

Помолчали немного.

— Вот еще что, отпей-ка водицы, — протянул ему собеседник деревянную флягу с ремешком, отцепив от пояса, — силы придаст.

Антон молча взял и отхлебнул несколько раз. Вода была холодная, словно только сейчас из родника. И правда, после первого же глотка по телу разлилась такая сила, что захотелось горы свернуть. От былых сомнений в себе и следа не осталось. Гризов с уважением осмотрел резную флягу и вернул хозяину. Водица, видать, непростая в ней оказалась.

— Что дальше будет, Лука? — опустил он взгляд на почти потухший костер.

— Теперь все путем будет, — успокоил его собеседник. — Я займусь страной. Пришло нам время проснуться. И повоевать малость, коли супостат на нас войной пошел. Много их нынче развелось. А укоротить надо всех. Иначе никак.

— Чем воевать-то? — удивился Антон. — У этого супостата такая армия собрана, плевком не перешибешь. Проморгал предшественник. Один я могу и не сдюжить. А свою армию готовить уж некогда.

— Ты про то не боись, — хитро прищурился Лука, поворошив палкой почти догоревшие угли, — не пропадем. У нас тоже кое-что в закромах припасено. Чай, не первый год за миром и соседями приглядываем.

— И что же это? — не поверил своим ушам Гризов, опять подаваясь вперед.

— Придет время, узнаешь, — еще больше тумана напустил Лука. — Скоро. А сила твоя не просто вернется, а отныне сильнее любой другой будет, ибо знаешь, за что бьешься.

Гризов знал: за Машу и за дом родной. За это и погибнуть совсем не страшно. Вспомнив про Машу, он даже вздрогнул. Император слов на ветер не бросал, и за то, что Гризов отважился встать у него на пути, мог уже казнить ни в чем неповинную девушку. Тогда он решил попытать счастья, чтобы уж наверняка.