А еще ошибок не простят те, кто ждет их там. С этими невеселыми мыслями Ева вроде бы начала проваливаться в сон, как вдруг пространство вокруг закачалось. Она решила, что успела задремать и ей все это снится, но, когда в глаза ударил серебристый свет, а босые ноги обожгло холодом каменного пола, Ева поняла, что находится в реальности. И эта реальность ей совсем не нравилась, потому что включала царевича Ивана собственной персоной, который, видимо, возжелал поговорить с ней один на один.
Глава 13. Пора и честь знать
– Я в ночнушке! – возмущенно воскликнула Ева, щурясь от сияния лунного света. Иван переместил ее не куда-нибудь, а в подземный зал, к источнику истинного волшебства.
Не успела Ева договорить, как на ее плечи опустился тяжелый плащ. Перехватив его полы, она продолжила:
– Я босиком, и мне холодно.
Ее голос звучал гораздо увереннее, чем она себя чувствовала.
Тут же у ее ног появился тканый ковер. Ева ступила на него и посмотрела на царевича, надеясь, что не выглядит испуганной. Душа на самом деле ушла в пятки.
Иван смотрел холодно и изучающе, будто решал, достойна ли она находиться в его замке. Да что там в замке: в царстве, в мире вообще.
– Зачем ты меня украл?
После этого вопроса Иван поморщился, как от зубной боли.
– Я хочу узнать, что ты такое, – медленно, будто через силу, произнес он и добавил: – Присаживайся, человечек. Ева, да?
Рядом с ковром материализовалось массивное деревянное кресло. Ева посмотрела на покрытые позолотой резные подлокотники и чуть качнула головой.
– Спасибо, я постою.
Садиться она не рискнула. Мало ли.
Иван щелкнул пальцами, заставив кресло исчезнуть, а потом прошелся по залу. В отблесках лунного света он снова был красивым, а еще Ева заметила, что он нервничает.
– Что тебя волнует? – спросила она.
– Прекрати, человечек! – резко ответил Иван и сцепил зубы.
Однако противиться дару Кощея было невозможно, поэтому он произнес:
– Я хочу понять, какую власть ты надо мной имеешь.
– Никакой, – как можно спокойнее произнесла Ева, в то время как саму ее просто колотило от страха. – На меня не действует морок, и все волшебные существа… и люди, – торопливо добавила она, вспомнив, что в прошлый раз он обиделся на слово «существа», – не могут мне соврать.
– Не могут соврать, значит, – пробормотал Иван, продолжая расхаживать по одной и той же траектории: пять шагов до стены, разворот, пять шагов до льющегося из потолка лунного света, разворот… – Почему ты? Что в тебе такого?
Он неожиданно остановился и вперился в нее тяжелым взглядом.
«Ему всего двадцать два, он такой же, как Никита», – убеждала себя Ева, но самовнушение не помогало.