Наблюдавший за ним с хмурым видом Вий тоже взмахнул рукой и тут же повернулся к Марии Марковне.
– Не смотри на меня так, – отрезала та. – Лучше спроси у своего брата, где он откопал этого мальчишку. Вагон таланта и спичечный коробок мозгов.
Она обхватила себя за плечи, вглядываясь в скалу, которая дрожала все сильнее.
Вий не стал спрашивать, где Кощей откопал Никиту. Зато Женька шепнул Еве на ухо:
– Похоже, она не знает, кто он. Может, сказать?
– Думаю, все молчат не просто так, – на грани слышимости прошептал Валера и поправил очки.
Ева лишь растерянно развела руками.
– Вы не поставите охранное волшебство. – Глеб, нахмурившись, ткнул пальцем в невидимый планшет. – Никитино плотно экранирует. Для того чтобы его усилить, нужно, чтобы частицы вашего охранного полотна поглощались Никитиным, а не отталкивались. На подбор параметров уйдет не меньше получаса, и то…
Вий смотрел на Глеба так, будто понимал, о чем речь. Видимо, он все-таки интересовался работой нездешки. А вот Иван лишь закатил глаза и повернулся к отцу.
– Лика! – вдруг воскликнул Женька. – Она по ту сторону экрана. Пап!
Валера с Евой одновременно рванули вперед, будто вправду могли приложить необходимые две тысячи атмосфер, чтобы прорвать Никитино полотно.
– Технически она не там, – ответил Глеб.
– Но и не здесь, блин! – заорал Женька, и его отец наконец отвлекся от экрана и повернулся к нему.
– Пространство здесь условно, помнишь? Она в пещере. В одной пещере с нами. А то, что мы видим, – это то, что происходит на поверхности, просто часть этой поверхности немного провалилась сюда. Как гвоздь, вбитый в дерево. А само дерево вокруг в полном порядке. Так что риск для Лики не превышает восьмидесяти семи процентов.
Ева остановилась и потерла лоб.
– А если от вбитого гвоздя по дереву начнет расходиться трещина? – уточнил Женька.
Недаром он был лучшим в волшебной физике.
– Тогда риски увеличатся, – признал Глеб. – Но мы на это не можем повлиять.
– Нездешка, – потерял терпение Иван. – Просто скажи, что нам сейчас сделать, чтобы им помочь.
Он указал на скалу. К дрожи самой скалы присоединилась земля: Никита расставил руки в стороны и шатался, отчаянно ловя равновесие. Горыня стоял надежнее, но и его качало.
– Им ты не поможешь ничем, Иван, – ответил за Глеба Кощей. – Они либо справятся, либо нет.
Еве так хотелось спросить, во что больше верит Кощей, но она, увы, не могла.
– Либо нет, – хмуро произнес Вий, и в этот момент в пещере стало темнее, потому что солнечный свет над скалой померк.
Никита упал на колени, прикрывая голову, и стало понятно, что это не облака затянули небо. Из разлома в скале хлынули черные птицы. Они были размером с крупных орлов, и, приглядевшись, Ева заметила у каждой по две головы.