— Я сам. Смотри за дорогой.
Он взял автомат. Чтобы поднять его, пришлось сначала упереть приклад в бедро. Справа выстрелил Али. Через несколько секунд ответили выше по склону. Пули прошли над нами, посекли ветки. Я заправил ленту, захлопнул крышку. Когда потянулся к рукоятке, под левой лопаткой обожгло. Боль оказалась такой неожиданной, что я замер. Потом осторожно отвёл локоть. Куртка прилипла к спине.
— Что? — спросил Гриша. — Зацепило?
— Посмотри.
Он подался ко мне, провёл ладонью под разгрузкой.
— Кровь. Повернись немного.
Я повернулся. Ткань потянула кожу, и болеть стало сильнее.
— Дырка длинная. Похоже, по касательной прошло. Когда зацепило?
— Не знаю.
Я действительно не знал. После машины Лечи всё слилось в одно: дорога, деревья, чужие выстрелы, спины своих. Гриша достал остаток перевязочного пакета.
— Куртку сними.
— Не сейчас.
Он посмотрел на меня и ничего не сказал. Засунул повязку под одежду, прижал.
— Подержи.
Я потянулся назад. Рука не доставала. Гриша выругался, поправил разгрузку так, чтобы ремень прижал повязку, и затянул его сильнее. Стало больнее, зато ткань перестала ездить по ране.
— Пока так. Уйдём отсюда — переделаю.
Али снова выстрелил. Теперь одиночными, несколько раз. Я повернул пулемёт. Между деревьями мелькнул человек. Он двигался осторожно, пригнув голову, и всё время смотрел в нашу сторону. Я дождался, когда он выйдет из-за ствола, нажал спуск. После третьего выстрела отпустил. Человек упал за кустами. Больше я его не видел. Раньше я бы дал ещё очередь, не позволяя подняться. Сейчас посмотрел на ленту. Последняя коробка. Рядом зашуршали листья. Богдан спустился к дороге, придерживая раненую руку.
— На том краю пусто, — сказал он. — Они выше ушли. Обойти хотят.
— До наших доберутся?
— Пока нет. Но здесь оставаться нельзя.
Я вызвал Синицына. Подполковник ответил сразу.
— На дороге мы, Серый. ЗИЛ вытянул. Пост впереди виден.
— Пешие что? Догнали вас?
— Мухин с Сазоновым довели. Сейчас сажаем, кого можем. Вы где?
Я описал поворот и каменный выступ над канавой.
— Вас оттуда пока не видно, — сказал он. — До выхода ещё немного. Двигайтесь.
Я посмотрел на Равиля. Он сидел возле дерева, положив автомат поперёк колен. Голова была опущена. Пока мы разговаривали, он ни разу не поднял её на выстрелы. Гриша подошёл, присел рядом.
— Равиль. Не спи.
Тот открыл глаза.
— Слышу я.
— Встаём.
— Сейчас.
Он поставил ладонь на землю, попробовал подняться. Локоть согнулся, и Равиль снова сел. Быков подошёл с другой стороны, подхватил его под мышку.
— Давай на меня.
— Сам пойду.
— Пойдёшь. Только сначала встань.