Я бы тоже держался. Хотя лично я предпочёл бы вообще не оказываться на поле боя, имея у себя в противниках Хререка.

Жаль, что не все это понимали. Это для меня князь был основателем русской государственности, а для всех остальных он оставался простым авантюристом, жаждущим власти, богатства и славы, одним из многих. И воспринимали его соответственно, часто не принимая всерьёз. Эту ошибку совершил Вадим, эту же ошибку сейчас делал Брячислав.

После того, как Полоцк был взят, а сопротивление было подавлено, весь лагерь быстренько переехал внутрь города, квартируясь на постоялых дворах и в больших усадьбах, само собой, бесплатно. Из крепости поначалу нас пытались обстреливать, но это быстро прекратилось. Видимо, стрел у них оставалось не так много, как хотелось бы.

В нашей команде погибли семеро, в том числе Ульф Бочка, Асмунд и Стейн, а ранены были почти все. Тяжело раненых, к счастью, не было, и можно было надеяться, что выживет каждый, порезы и царапины каждый лечил себе сам, но и армейским лекарям работы изрядно прибавилось, и я пропагандировал использование самогона в качестве средства для дезинфекции, на собственном примере показывая его эффективность.

Уверен, без своего самогона я бы не выжил, а если бы и выжил — остался бы без ноги, несмотря на всё чародейство новгородского волхва.

Крепость, в которой засел полоцкий князь, стояла на высоком берегу в месте слияния двух рек, и ни с воды, ни с берега незамеченным к ней подобраться было нельзя. Ворота в крепость были всего одни, и подобраться к ним можно было только по деревянному мосту. Полоцк оказался удивительно крепким орешком, и чтобы его разгрызть, придётся постараться. Главное, не обломать об него зубы, но за это Хререк не переживал. Союзников у Брячислава практически не было, собрать войско с окрестных земель он никак не мог, так что удара в спину осаждающей армии можно было не опасаться.

На переговоры Брячислав тоже не шёл. На стене порой мелькала его сухопарая фигура в плаще и островерхом шлеме, он внимательно смотрел за нашими действиями, но попыток пойти на контакт больше не делал.

Мы же теперь, после того, как основательно порезвились в городе, в ремесленных и торговых кварталах, ходили вокруг крепости и облизывались, понимая, что все основные богатства сосредоточены именно там. И мне при взгляде на Хререка вспоминалась басня про лису и виноград.

— Бранд, похоже, настало время для наших игрушек, — сказал мне Кьяртан, когда защитники крепости выстрелами из надвратной башни отогнали ещё одну попытку княжьих дружинников подобраться к воротам.